Информационное общение – общение с целью обмена информацией[3]. 3 страница

Нельзя упрощённо представлять себе связь между содержанием качества личности, каким является отношение, и формой его выражения. Факты в действительности свидетельствуют, что форма проявления отношения, способ поведения, через который отношение выражается, и определяются содержанием последнего, все они имеют некоторую относительную самостоятельность. И поэтому форма, способ поведения личности могут и не полностью соответствовать или вообще не соответствовать содержанию отношения личности к какой-то стороне действительности.

Следующие возможные варианты такого соотношения:

1) При положительном характере отношения у человека наблюдаются и адекватные способы поведения;

2) При отрицательном характере отношения у него наблюдаются и соответствующие способы поведения;

3) При положительном характере отношения способ его выражения и поведение человека неадекватны такому отношению;

4) При отрицательном (или безразличным) характере отношения к чему-то человек ведёт себя так, будто у него имеется к этом объекту устойчиво положительное отношение.

В двух первых случаях имеется полное соответствие содержания отношения и способа его выражения. В двух последних случаях содержания отношения и способ его выражения не соответствуют друг другу.

Личность представляет собой систему отношений. В ряде случаев у человека может наблюдаться сосуществование разных степеней развитии отношений и способов их выражения в повседневном поведении. На характер оценки человека как личности другими влияет и то, насколько много информации этот человек предоставляет о себе людям, для которых он оказывается в роли объекта познания. Это количество информации о другом человеке должно быть строго определённым – иначе у окружающих его людей может сложиться о нём неадекватное представление. Правильное понимание человека как личности образуется у общающихся с ним людей при не очень длительном и при не очень тесном знакомстве. В противном случае оценивающие, как правило, не могут преодолеть в себе тенденции быть снисходительными и проявляют своеобразный фаворитизм по отношению к старым знакомым или необъективность негативного характера при оценке личности своих недругов[2].

1.2 понятие коммуникативной компетентности; место коммуникативной компетентности в различных видах профессиональной деятельности:

В 60-е годы британские психологи Рон Харрс и Майкл Аргайл вводят понятия: «социальная компетентность» и «коммуникативная компетентность».

В нашей стране активные исследования в этой области начинаются в 80-е годы.

Современная ситуация не только в психологии, но и в других гуманитарных науках характеризуется тем, что проблема общения, межличностных отношений, социальной и коммуникативной компетенции является одной из наиболее актуальных и активно обсуждаемых проблем. Фактически она при­обрела междисциплинарный статус. Большой интерес к ее разработ­ке проявляют исследователи в области философии, социологии, пе­дагогики, лингвистики, а также специалисты в самых разных облас­тях психологии: педагогической психологии, психологии труда, психологии управления, клинической психологии, психолингвисти­ке и др. Рост подобных исследований у нас в стране обусловлен, как минимум, двумя обстоятельствами, лежащими в разных плоскостях социокультурного пространства. Во-первых, это особенности совре­менной социально-экономической ситуации, главной системообра­зующей характеристикой которой является попытка реализовать цель построения свободного демократического общества. Понятно, что чем в большей степени общество руководствуется принципами свободы и демократии, тем более высокие требования оно предъяв­ляет к уровню психологической культуры людей и, в частности, к уровню их социальной и коммуникативной компетентности. В со­временном российском обществе в значительной мере осознаются эти объективные требования, что находит свое отражение как в фор­мальных социальных процессах (резкое увеличение количества ву­зов, готовящих психологов, создание психологических служб в шко­лах и на предприятиях, организация общегородских психологиче­ских центров и агентств), так и неформальных (неизменная попу­лярность на протяжении последних лет научно-популярной литера­ туры по проблемам психологии вообще и психологии общения в ча­стности, востребованность социальных психологов как различными организациями, так и частными лицами). Второй причиной, обусловившей необходимость обсуждения проблемы КК на новом теоретическом и методологическом уровне, можно назвать те тенденции, которые наблюдаются в современном развитии собственно научных исследований. Многие психологи- теоретики (А.Г. Асмолов [8], Б.С. Братусь [23], В.И. Слободчиков ведение 5 и Е.И. Исаев [108, 109], П.Н. Шихирев [147] и др.) констатируют методологический кризис как в области общей психологии, так и в отраслевых психологиях. Это выражается в том, что в ставших классическими парадигмах и методологиях становится невозможным объяснить вновь открываемые факты, феномены, за­кономерности. Методологические и теоретические исследования уже привели, с одной стороны, к введению в категориальный аппа­рат общей психологии и психологии личности принципиально новых базовых категорий, таких как сущность человека [87, 109], субъ­ективная реальность [111], ментальное пространство [59], духовность [50, 52, 54, 56, 57, 90, 100 и др.], ноэзис [55, 58], транскоммуни­кация [54, 55, 56, 57].



С другой стороны, оформляются новые научные направления:

психология понимания [51], нравственная психология [100], христианская психология [90, 84 н др.], антропологическая пси­хология [22, 25, 59, 111], поэтическая психология [54, 55, 56, 57] и др. Другой, ие менее важной особенностью методологического кри­зиса в современной психологии, по мнению А.Г. Асмолова [8], явля­ется то, что все более резким становится разрыв между общей пси­хологией и «особенными» психологиями, «особенные» психологии утрачивают основу, методологию, которую всегда давала общая психология. В связи с наличием выше обозначенных современных тенденций в развитии научной и практической психологии становится актуаль­ным изучение любой конкретной проблемы социальной психологией (а проблема КК, конечно же, является одной из них), во-первых, в более широком, нежели социально-психологический, контексте; во-вторых, опираясь на современные теоретические и методологиче­ские исследования; и, наконец, в-третьих, актуальной становится проблема разработки новых психологических технологий для прак­тической психологии. В данной работе и ставится задача рассмот­реть проблему КК с учетом этих положений.

Проблемы общения, межличностных отношений, коммуника­тивной компетентности (КК) изучались целым рядом авторов как в западной, так и в отечественной психологии. В западной социальной психологии проблема эффективности общения в основном разрабатывалась в контексте исследований массовой и так называемой убеждающей коммуникации.

Лишь в 80-е годы прошлого столетия наметилась тенденция отечественных социальио-психологических исследований в область практического применения. В эти годы появилось довольно значительное количество прикладных работ в области общения и межличностных отношений (А.А. Бодалев [19], Л.Я. Гозман [36], А.В. Добрович [44], Ю.Н. Емельянов [46, 47], Ю.М. Жуков [48], А. А. Кроник и Е.А. Кроник [67], А.А. Леонтьев [71], Л.А. Петров­ская [96] и др.).

Следует отмстить, что часть авторов занималась, по сути дела, ретрансляцией и анализом основных западных идей, что на том этапе было вполне естественно, исходя из задачи ассимиля­ции достижений зарубежной психологии. Но наряду с этим был вы­ двинут ряд продуктивных идей в области межличностного общения, таких, как выделение, в общении трех основных сторон: коммуникативной, перцептивной и интерактивной (Г.М. Андреева), разработка интерсубъективного подхода к общению (А.У. Хараш), были сформированы основные положения транскоммуникативного подхода (В.И. Кабрин), наконец, в категориальный аппарат отечественной социальной психологии было введено понятие коммуникативной компетентности или компетентности в общении (Ю.Н. Емельянов, Ю.М. Жуков, Л.А. Петровская).

Введение понятия «коммуникативная компетентность» в контекст социально-психологпческнх исследова­ний отнюдь не является случайным, но продиктовано логикой разви­тия представлений о межличностном общении. С одной стороны, это понятие естественным образом способно интегрировать самые раз­ные теоретические подходы к проблеме эффективности общения, с другой стороны, структурируя различные понятия, характеристики, особенности общения (социальные потребности, ценности, установки, позиции, умения, навыки и т.д.), дает возможность практического вы­хода в область реальных межличностных отношений, в область реаль­ного общения. Таким образом, понятие коммуникативной компетентности становится одним из базовых понятий социальной психологии.

Представители московской психологической школы с позиций деятельностного подхода определяют коммуникативную компе­тентность как «систему внутренних ресурсов, необходимых для построения эффективного коммуникативного действия» [с. 4].

Ю.Н. Емельянов (петербургский психолог) определяет это поня­тие следующим образом: «В наиболее общем виде коммуника­тивную компетентность можно определить как такой уровень обученности взаимодействию с окружающими, который требует­ся индивиду, чтобы в рамках своих способностей и социального статуса успешно функционировать в данном обществе»[7].

Коммуникация – это процесс, который несёт информационную функцию и представляет собой обмен фразами, идеями, установками. Коммуникация является интерсубъектным процессом, так как информация (вербальная и невербальная, констатирующая (сообщение) и побудительная (совет)) в ходе него не только передается от коммуникатора к реципиенту, но формируется и уточняется в целях создания нового, общего, смысла.

Суть коммуникативного процесса – не информирование, а совместное постижение предмета деятельности.

Коммуникативное влияние - это воздействие посредством знаковых систем с целью изменения образа мыслей и поведения. Успешность такого воздействия определяет эффективность коммуникации и коммуникативную компетентность субъекта влияния. Для эффективной коммуникации необходимо найти общий язык, то есть обладать единой системой кодификации, позволяющей понимать не только значение, но и смысл слова. Эффективной коммуникации препятствуют коммуникативные барьеры, выражающие как общественные отношения (социальные, политические, религиозные, профессиональные, мировоззренческие различия), так и характер индивидуума, его межличностных отношений (застенчивость, скрытность, недоверчивость, недоброжелательность).

Под коммуникативной компетентности подразумевается умение достигать в общении своих целей, способность в нужный момент произнести нужные слова или не произносить ненужных.

Существуют три основных направления психологии ХХ вв., которые по-разному рассматривают проблему коммуникативной некомпетентности:

  1. Бихевиоризм придерживается мнения, что неумение эффективно общаться с себе подобными – результат отсутствия навыка, влекущий за собой болезненную неуверенность, застенчивость, страх – это то, что принято называть социальным неврозом. Посредством научения (проще говоря, дрессуры) отсутствующий навык может быть сформирован, что приведет и к исчезновению невроза. Бихевиоральные методы формирования коммуникативной компетентности эффективны, если идёт речь о типовых ситуациях общения.
  2. Психоанализ исходит из противоположной позиции: невроз, корни которого уходят в раннее детство, делает личность человека «закрытой для опыта», для приобретения полезных социальных навыков. Отсюда - и коммуникативная компетентность такого человека. Психоаналитический метод формирования коммуникативной компетентности заключается в расширении сознания, то есть в интенсификации процессов осознавания всех составляющих проблемной ситуации, в том числе внутриличностных. В этом случае компетентность в общении является не самоцелью, а приходит как следствие, как «побочный продукт» личностного роста.
  3. Когнитивная психология считает, что к коммуникативной некомпетентности приводит непонимание ситуации. Был проведен эксперимент: три объекта были сфотографированы с разных точек в аудитории. Впущенные затем в эту аудиторию студенты должны были определить, какие места (кресла) позволяют получить эти ракурсы. Вывод: коммуникативная компетентность (эффективность в общении и лидерские качества) коррелирует с умением поставить себя на место другого, взглянуть с другой точки зрения на проблему[6].

Эмпирические модели коммуникативной модели:

Одной из наиболее признанных эмпирических моделей комму­никативной компетентности является модель М. Аргайла. опираясь на экспериментальные данные, в качестве меры эффективности они взяли три основных критерия: статус индивида в группе (социометрический статус), эффективное лидерство и социальную адаптив­ность. По мнению М. Аргайла, коммуникативная компетентность ие обязательно связана со всеми тремя критериями одновременно, а лишь с одним или с двумя. Это объясняется тем, что источники ус­пешности человека в разных видах социального поведения различ­ны. На основе многочисленных исследовании М. Аргайлом и его сотрудниками были выделены основные компоненты ком­муникативной компетентности, которые делятся на две большие группы: личностные черты п. так называемые способности.

К лично­стным переменным относятся:

1) экстраверсия (коррелирует со статусом и эффективным лидер­ством),

2) эмоциональная устойчивость (связана с адаптивностью);

3) целенаправленность (коррелирует со статусом и эффективным лидерством).

Среди способностей М. Аргайл [Там же] называет следующие:

1) умение давать и получать обратную связь; 2) умение говорить; 3) умение слушать;

4) умение награждать; 5) деликатность, умение делать коммуникацию «гладкой»;

6) знание правил. Наряду с выделением основных компонентов коммуникативной компетентности, большое внимание М. Аргайл и его сотрудники уделяли описанию коммуникативной ситуации. В самом общем виде социальная ситуация определяется ими как «естественный фрагмент социальной жизни, определяемый включенными в него людьми, ме­стом действия и характером развертывающихся действий или дея­тельности» [162, с. 5]. При этом основную свою задачу они видят в том, чтобы выявить систему универсальных факторов, присутст­вующих в любой ситуации социального взаимодействия и сдающих ее определенность. В результате ситуация предстает как «совокуп­ность характеристик социального события, воздействующих на ин­дивида» [Там же, с. 3].

Согласно М. Аргайлу, социальная ситуация определяется девятью факторами [Там же, с .6-9]:

1. Цели - центральный системообразующей фактор.

2. Правила - общепринятое мнение о допустимом и недопусти­мом поведении в ряде конкретных ситуаций. О реальном существо­вании любого правила можно говорить в том случае, если большин­ство людей, имеющих к нему отношение, замечает и не одобряет его нарушения.

3. Роли - принятые в данной культуре модели взаимодействия.

4. Репертуар элементарных действий - простейшие вербальные и невербальные формы участия во взаимодействии, структурирую­щиеся в определенные опознаваемые блоки (репертуары), считаю­щиеся уместными (или допустимыми) для той или иной ситуации.

5. Паттерны взаимодействия, или поведенческие этюды. Напри­мер, паттерн диалога представляет собой последовательность репер­туаров говорения и слушания, обеспечиваемую соответствующими умениями. Наиболее распространены двухчленные поведенческие этюды, хотя существуют и более сложные циклы последовательно­сти событий, закрепленные в ритуалах и других паттернах. При этом содержание этюдов может варьировать в широких пределах, нахо­дясь в то же время в рамках принятого правила (например, проведе­ние интервью или прием гостей могут быть содержательно весьма различны, но опознание их как определенных паттернов затрудне­ний не вызывает).

6. Концепты - наличие в когнитивной структуре опреде­ленных категорий, обеспечивающих понимание ситуации, как, на­пример, знание при игре в шахматы, что такое ферзь или что означа­ет слово «шах». В социальной ситуации такими концептами высту­пают представления о моделях, социальной структуре, элементах взаимодействия и объектах, включенных во взаимодействие.

7. Физическая среда, элементами которой являются границы си­туации (закрытое помещение, улица, площадь и т.п.), реквизит (на­ пример, классная доска, парты в школьном классе), модификаторы (физические качества среды, воздействующие на органы чувств - цвет, шум, запахи и т.п.), пространство - дистанция между людьми и объектами.

8. Язык и речь - ситуационно обусловленные словарь, обороты речи, интонации, используемые участниками взаимодействия.

9. Трудности и навыки - различные препятствия и навыки их преодоления.

Перечисленные факторы в совокупности образуют систему. Сами соци­альные ситуации создаются в культуре для выполнения в основном одной функции: обеспечить условия достижения людьми своих це­лей, связанных, в свою очередь, с потребностями этих людей, с их мотивационной сферой. В своей работе М. Аргайл, А. Фэрнэм и А. Грэм [162] приводят результаты своих и чужих исследований по каждому из девяти названных выше пара­ метров ситуации Наиболее значимыми из параметров оказались структура целей, правила и умение преодолевать трудности. Кроме того, к перечисленным девяти факторам в ряде ситуаций добавился еще один - эмоциональная атмосфера. Автором еще одной модели коммуникативной компетентности, во многом опирающейся на представления М. Аргайла, является рос­сийский психолог Ю.Н.Емельянов [46].

Он выделяет следующие аспекты коммуникативной компетентности:

1. Умения и навыки. «Приобретение КК (коммуникативной ком­петентности), или, как ее еще называют, ннтерперсональной компе­тентности, есть движение от интер - к интра -, от актуальных меж­личностных событий к результатам осознания этих событий, кото­рые закрепляются в когнитивных структурах пснхнки в виде умений и навыков и служат индивиду при дальнейших контактах с окру­жающими» [46, с. 53].

2. Особенности личности индивида. В качестве основных лично­стных особенностей, влияющих на межличностное общение, автор подробно анализирует особенности Я-Концепции, отмечая важность для установления нормальных человеческих отношений таких осо­бенностей Я-концепции, как «самотождественность» (идентич­ность), баланс между гибкостью и ригидностью Я-концепцни, нали­чие внешнего или внутреннего локуса контроля.

3. Ситуативная адаптивность. Говоря о ситуативной адаптивности, Ю.Н. Емельянов выделяет две формы общения: профессиональное, или формальное, общение и неформальное общение. В качестве одной из задач социально-психологнческого обучения автор видит у осоз­нания людьми границ своей профессиональной КК и общей КК и предостерегает от возможности неадекватного переноса способов и стерео­типов профессионального общения в область неформальных отноше­ний. «Возрастание профессионализма в современных условиях предъ­являет особые требования к навыкам делового общения, что определяет избирательность коммуникативных интересов индивида и придает спе­цифику его личностным проявлениям за пределами профессиональной среды. Очевидным индикатором такого взаимодействия является стремление специалистов к синтаксической усложненности устной ре­чи, замене свойственных разговорному языку сложносочиненных пред­ложений на сложноподчиненные, употребление причастных оборотов и профессиональной лексики, использование полного стиля произноше­ния.

4. Осознание деятельностной среды (социальной и физической), окружающей человека, и способность воздействовать на иее для дос­тижения своих целей, а в условиях своей работы делать свои действия понятными для других. Все это предполагает осознание практически всех аспектов межличностной ситуации, начиная от осознания своих собственных потребностей и ценностных ориентаций и заканчивая осознанием уровня своей экономической культуры (отношение к сре­де обитания - жилищу, земле, родному краю, архитектуре и т.п.).

5. Свободное владение вербальными и невербальными средст­вами социального поведения. Анализируя предложенную модель, можно отметить, что выде­ление вышеназванных аспектов коммуникативной компетентности, безусловно, является плодотворным, однако при более пристальном анализе становится видной недостаточная обобщенность модели. Так, автор ие выделяет первичные, базовые, компоненты КК и вторичные, подчиненные, а представляет лишь простое их перечисле­ние без анализа связей и соотношений. Это приводит к взаимопересечению элементов, выделяемых автором как самостоятельные. Так, свободное владение вербальными и невербальными средствами со­циального поведения по своей сути является системой коммуника­тивных умений и навыков, а ситуативная адаптивность, понимаемая как осознание границ своей профессиональной и общей КК, естест­венным образом вытекает из такого аспекта, как осознание деятель­ностной среды, и не требует какого-либо самостоятельного места в предложенной автором структуре. Так, в качестве особенностей лично­сти индивида как компонента коммуникативной компетентности пред­ставлены, по существу, лишь особенности Я-концепции, тогда как дру­гие существенные характеристики личности остаются за рамками ана­лиза. То же самое можно сказать и о модели М. Аргайла. В ходе ис­следований автор несколько раз менял в своей модели те или иные личностные характеристики, обеспечивающие коммуникативную компетентность индивида. Эмпиризмом модели объясняется, видимо, и некоторая противо­речивость в предложенных еще одним российским психологом, Ю.Н. Емельяновым, определениях самого понятия и способах разви­тия коммуникативной компетентности. Так, в одном из своих работ автор, с одной стороны, неограниченно расширяет понятие комму­никативной компетентности, определяя его как «развивающийся целостный жизненный опыт, осознанный и упорядоченный индиви­дом» [47, с. 5], с другой стороны, он определяет ее «как такой уро­вень обученности взаимодействию с окружающими, который требу­ется индивиду, чтобы в рамках своих способностей и социального статуса успешно функционировать в данном обществе» [с.7]. Что касается способов повышения КК, то здесь также, с одной стороны, в коммуникативной компетентности выделяется аспект личностных особенностей и коммуникативных умений и навыков, а, с другой стороны, автор пишет следующее: «Ключевые способы по­вышения КК нужно искать не в шлифовке поведенческих умении и навыков и не в рискованных попытках личностной реконструкции, а на путях активного осознания индивидом естественных межлично­стных ситуаций, на путях развития социально-психологического воображения, позволяющего видеть мир с точки зрения других лю­дей». когда мы говорим о развитии, повышении КК, ко­торая сама является одной их характеристик личности, мы, по суще­ству, говорим все о той же «реконструкции» личности. В этих моделях принципиально подтверждается структурный состав коммуника­тивной компетентности, определенный в теоретических подходах, а именно выделяются следующие компоненты: личностные осо­бенности и, когнитивные ресурсы, система правил (нормативный компонент) и умения и навыки (способности, в терминологии М. Аргайла). В модели М. Аргайла разработано понятие и струк­тура коммуникативной ситуации, что является очень важным не только для теоретического анализа проблемы, но и для практиче­ского использования предложенной модели в целях развития коммуникативной компетентности.

В представленной модели основных пространств существования человека такие характеристики, как лич­ность и общение в конечном итоге являются теми средствами и ме­ханизмами, которые проявляют, осуществляют, высвечивают или «видовую» (животную и социально-ролевую) или «родовую» (самоактуализационную и духовную) сущность человека. Главным смысловым модусом признается модус развития, тогда как модус сохра­нения является лишь необходимым условием существования. Целью и смыслом человеческой жизни является становление и реализация истинно человеческого в человеке; операционально это можно опре­делить, как проявление самоактуализационного и духовного психо­логических комплексов. Исходя из этих положений проблема определения «эффективно­сти» общения и, как следствие, проблема коммуникативной компе­тентности решается следующим образом. Общение будет настолько эффективным, насколько в этом процессе партнерам удается актуализировать свою индивидуальность или проявить свою духовную природу, а это означает, насколько им удается сделать еще один шаг в своем развитии. Очевидно, что применение эффективных коммуникативных стратегий оказывается принципиально важным, прежде всего, в пе­дагогическом общении (в самом широком смысле слова: педагоги­ческое общение - это любое общение взрослого и ребенка, а не только учителя и ученика). Т. Гордон [171], анализируя проблему педагогического общения, главным критерием его компетентности назвал сохранение внутренней свободы партнера по общению. Когда учитель взаимодействует с учеником, он может настаивать на своем, требовать, угождать, оправдываться, он может говорить тихо или громко, спокойно или взволнованно. Не это определяет качество общения. Правильным считается такое общение, в результате кото­рого ученик и учитель не теряют внутренней свободы. А.Б. Орлов, формулируя положения концепции личности в сущности человека, пишет: «Внутриличностные по своей природе про­цессы возникновения и развития «персоны» и «тени» в личности человека обусловлены обстоятельствами, относящимися к плану межличностных отношений. «Персона» и «тень» личности склады­ваются тем самым не по своей внутренней логике, но в силу причин, имеющих коммуникативную природу и межличностное происхож­дение. Они возникают в личности ребенка исключительно потому, что он вынужден общаться со взрослыми, уже имеющими свои «персоны» и «тени». Ребенок вынужден постепенно отказываться от своего универсального «лика», от своей исходной, базовой лично­сти, состоящей из гармоничных мотивационных отношений, функ­ционирующих в логике «ценностного процесса» (К. Роджерс), и вы­рабатывать «взрослую» личность-индивидуальность, складываю­щуюся главным образом из «персоны» и «тени» и функционирую­щую в логике «ценностных систем», то есть фиксированных «пози­тивных и негативных» ценностей» [94, с. 9]. Таким образом, в уже выросшем, сложившемся субъекте обнаруживаются внутренние психологические дефекты в виде дезинтегрированной личности или определенных коммуникативных стереотипов, не позволяющие та­кому человеку быть конгруэнтным, аутентичным, общаться открыто, свободно, эмоционально наполнено и т.п.

Российский социальный психолог П.Н. Шихирев, выделяя ос­новые источники и факторы, обусловливающие формирование доверия в межличностном взаимодействии (а доверие, как выше было определено, является одним из главных принципов интер­ коммуникативной стратегии), в качестве основного называет «общий уровень доверия между людьми, достигнутый в данной социальной системе, или общий объем доверия как «социального капитала»» [149, с. 378]. Предложенная выше модель психологической структуры че­ловека позволяет сформулировать основные типы проблем, кото­рые решаются в каждом конкретном акте коммуникации. Эта проблемы можно прямо соотнести с теми основными психологи­ческими уровнями, в рамках которых человек осуществляет себя в процессе жизни. Это, во-первых, «эгоцентрические» проблемы, то есть проблемы сохранения. Эгоцентрический комплекс должен «включаться» тогда, когда имеется прямая угроза целостности индивида со стороны партнера, а все попытки перевести комму­никацию на более высокий уровень терпят неудачу в связи с же­сткой авторитарной коммуникативной позицией партнера. В этом случае единственным выходом остается применение «адекват­ных» мер в целях самосохранения. Вторым типом коммуникативных проблем являются функционально-ролевые (формально-ролевые) проблемы, отвечающие зада­чам «организации согласованного действия». Чаще всего эти про­блемы являются доминирующими в трудовых ситуациях, в которых необходимость решения групповых (производственных, научных, политических и т.д.) задач заставляет человека действовать в соот­ветствии с групповыми целями, нормами, правилами, социальными ролями часто в ущерб возможностям развития партнеров, участ­вующих во взаимодействии. Третьим типом проблем, которые решаются в ходе общения, яв­ляются самоактуализационные проблемы. Эти проблемы должны стать главными в межличностном взаимодействии, и его качество определяется тем, насколько в нем удается решить задачу развития партнеров, участвующих в общении. Очевидно, что самоактуализационные проблемы, должны стать ведущими в любых формах педагогического общения, так как главной, конечной задачей педагоги­ ческой практики является развитие и рост, а вовсе не формирование знаний, умений и навыков. И, наконец, четвертым типом проблем можно назвать духовные проблемы, решение которых в индивидуальной жизни обеспечивает разотождествление наличного и духовного Я, осознание духовного единства всех людей, стремление возвысить себя и другого в Духе на основе внутреннего (но не обязательно внешнего) принятия. Все это в христианской литературе определяется утверждением, что че­ловек есть «образ и подобие Божье». То есть решение духовных проблем в общении позволяет партнерам высветить друг в друге образ Божий и стать Его подобие. Несмотря на то что общепсихологический анализ проблемы коммуникативной компетентности заставляет признать компетент­ным лишь такое общение, в рамках которого имеется возможность для личностного развития партнеров, социально-психологический анализ этой проблемы не может не учитывать ситуативные аспекты коммуникации, коммуникативную проблему, решаемую субъектом здесь-и-теперь, и коммуникативную позицию партнера. Опираясь на выше сформулированные положения, можно уточнить определение коммуникативной компетентности. Это - способность человека использовать коммуникативную стратегию наивысшего возможного в данной ситуации уровня, который оп­ределяется уровнем решаемой коммуникативной проблемы и коммуникативной позицией партнера, или по-другому комму­никативную компетентность можно определить как коммуника­тивную гибкость субъекта, которая определяется, во-первых, на­личием в арсенале личности всех возможных коммуникативных стратегий, во-вторых, реализацией коммуникативной стратегии максимально высокого уровня, возможного в дайной ситуации, которая, в свою очередь, определяется уровнем решаемой про­блемы и коммуникативной позицией партнера, в-третьих, адек­ватным использованием приемов, техник общения, соответствующих конкретному моменту самого процесса общения[7].

  • С.-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ОБЩЕСТВЕННЫЙ АТЛЕТИЧЕСКИЙ ЦЕНТР
  • Автомобиль оборудован рулевым управлением (рис. 49) с гидроусилителем, объединенным в одном агрегате с рулевым механизмом.
  • Энергетический «мусор» ведет к потере смысла жизни
  • Снова о [Божественной] воле
  • Очень страшная история Д.Хармс рис Л.А.Юдина
  • Арод (Ароди)
  • Комплекс утренней гимнастики с 8 сентября до 15 сентября 4 страница
  • Введение. Социально-политические события последнего десятилетия XX века коренным образом
  • ПОДГОТОВКА РАБОЧЕГО МЕСТА ОПЕРАТОРА К БОЕВОЙ РАБОТЕ
  • Хирургические и коллапсотерапевтические методы лечения
  • Права и обязанности ЧЛЕНОВ ОРГАНИЗАЦИ
  • асстройства обмена Na
  • Характеристика капиталодополняющих денежных фондов
  • Пример 2
  • Особливості поєднання числівника з іменником.
  • КАЛЬКУЛЯЦИЯ ЗАТРАТ ТРУДА
  • Часть I. Введение в общую психологию. Все неосознаваемые психические процессы принято разделять на три класса:
  • Анализ карт на район порта назначения.
  • ПАУЭРЛИФТЕР
  • Перевод: Борис Пастернак 9 страница