Религиозные причины экологического кризиса.

Причины экологического кризиса.

Исторические корни экологического кризиса. (Л. Уайт-мл.)

Непосредственным виновником экологического кризиса стала научно техническая революция, наступившая в результате «брачного союза» между наукой и техникой. Можно выделить целую цепочку причин эк. кризиса:

Рост населения------------производство--------------техника-----------------(наука,религия,культура,идеология,образ жизни).

Религиозные причины экологического кризиса.

«Экологическое отношение человека глубоко обусловлены его верованиями относительно своей природы и судьбы, т.е. религией» Л.Уайт. Он утверждает, что наука на западе развивалась в рамках природной теологии (Ньютон считал себя теологом). Человек образ и подобие бога на земле и в физическом мире нет ничего. Что имело бы какую-либо цель, кроме обслуживания человека. «И благословил их Бог, глаголя: раститеся и множитеся, и наполняйте землю, и господствуйте ею, и обладаете рыбами морскими и зверями и птицами, и скотами, и всею землею» Библия.

Л. Уайт видит последствия господства негативных иудео- христианских традиций в том, что она способствовала преодалению прежних языческих представлений и присужего им обожествления природы.

М. Штирнер противопоставляет т.з. дохристианских философоф, воспринимавших мир как творческий закон, христианскому миропониманию в соответствии с которым «... все передано мне Отцом Моим» (От Матфея. II, 27), «все возможно верующему» (От Mapка, 9, 23), и называет христианство первой победой эгоизма. Христианские.догмы, по Л. Уайту, создают основу для безудержной эксплуатации природы человеком, и тот факт, что само христианство в настоящее время не обладает верховной властыо, не меняет сути дела, поскольку христианское миропонимание за многие века глубоко укоренилось в жизни западной цивилизации.

Прежние цивилизации смогли избежать экологической катастрофы, по мнению Л. Уайта и других авторов, по той причине, что в религиях Востока и в античной мифологии было принципиально иное представление о взаимоотношении человека и природы, базирующееся на анимизме — вере в духов, защищающих и управляющих отдельными объектами — и смирении человека перед стихийными силами природы. Это создавало препятствия разрушению природной среды.

По мнению Л. Уайта и некоторых других исследователей выход из современного экологического кризиса может заключаться только в религиозном обновлении или в ренессансе прежних представлений. «Если ввести в дело больше науки и больше техники, это не выведет нас из нынешнего экологического кри­зиса до тех пор, пока мы не найдем новую религию или не пе­реосмыслим старую» (Л. Уайт. Цит. соч., с. 200). Положительно оценивая современную тягу к дзен-буддизму, Л. Уайт сомневает­ся в его способности прижиться на западной почве и полагает, что наиболее адекватное решение заключается в переосмыслений католической традиции, в частности, в обращении большего внимания на взгляды Франциска Ассизского, в соответствии которыми все живые существа равны перед Богом и ни одно из них не имеет преимуществ перед другим.



Видный английский историк А. Тойнби пришел к сходным Л. Уайтом выводам относительно причин экологического кризиса. Однако его рекомендации существенно иные. Поскольку все причины экологического кризиса, по его мнению, сводятся к возникновению монотеизма, постольку «лекарством от этой болезни» является переход к политеистическим представлениям, более древним и наиболее универсальным, когда природа понималась ни как сокровище, а как божество, мать-Земля, и все стихии природы были божественными. Чем ближе к Востоку, полагает А. Тойнби, тем ближе к домонотеистической религии.

При этом чистота означает «сохранение значимого». «Исконная японская религия синто (то есть «путь богов») ут­верждает, что все в мире одушевлено, стало быть наделено свя­тостью: огнедышащая гора, лотос, цветущий в болотной трясине, радуга после грозы... Аматерасу как светоч жизни служит главой этих восьми миллионов божеств... В сущности, синто — это обо­жествление природы, рожденное восхищением ею. Японцы по­клонялись предметам и явлениям окружающего мира не из стра­ха перед непостижимыми и грозными стихийными силами, а из чувства благодарности природе за то; что, несмотря на внезапные вспышки гнева, она чаще бывает ласковой и щедрой» (В. Овчин­ников. Ветка сакуры. М., 1971, с. 20).

Экологическим смыслом пронизан также и эстетизм дзэна. Джон Носс так комментирует хайку Басе:

Заглохший пруд.

Лягушка прыгнула в воду-

Всплеск в тишине…

Даосизм проповедует: пусть природа идет своим путем, не на­рушаемым дерзким и неуместным человеческим вмешательством. Известный исследователь науки древнего Китая Дж. Нидам отме­чает, что общество такого типа, как китайское, поощряло наблю­дательное отношение к природе, человек в таком обществе ста­рался проникнуть как можно глубже в механику естественного мира и использовать содержащиеся в природе источники энер­гии, до минимума сводя свое вмешательство в природные меха­низмы, применяя «действие на расстоянии». «Использование принципа «у вэй» (отсутствие вмешательства) оставляет вещи в покое, позволяет природе идти своим путем, извлекать пользу из природы вещей без их применения, дает знание о том, как обой­тись без вмешательства. Термин «у вэй» — великий лозунг и не-писанное правило даосизма всех столетий»

Идея единства, целостности многообразного природного ми­ра, каждого его фрагмента, является фундаментальной для фило­софии древних индийцев. Согласно буддизму, «все в одном, один во всем». Буддизм, в определенном смысле основываясь на древнеиндийских представлениях и в то же время противополагая се­бя им, продолжает линию мифологической всесвязанности и со­причастности. Она накладывает принципиальные ограничения на природопреобразовательную деятельность человека.

Средние века. Наука в основном должна была служить иллюстрацией и доказательством теологических истин. Как писал английский ученый Дж. Бернал, вплоть до XVII века наука продолжала интересоваться главным образом небом.

Только в Новое время мы встречаемся с наукой в современном понимании, но в этот период значение христианства в жизни западного общества было поколеблено, по крайней мере в его традиционной форме, и наука развивалась скорее не благодаря, а вопреки религии. Поэтому некоторые авторы связывают рождение современной науки с протестантизмом.

В религиозной литературе отмечалось, в частности, что Библия не дает санкцию на покорение природы; господство над природой следует понимать не как подчинение ее человеку, а скорее в плане разумного владения планетой; Человек, к сожалению, не выполняет этого, и отсюда что «бедственное состояние природы... имеет своей глубинной причиной искажение нравственной основы изначально данное человеку господства над природой» («Журнал Московской патриархии», 1974, № 3, с. 44). Там же, где имело место строгое следо вание христианским заповедям, воздействие человека на природу, наоборот, было облагораживающим. В качестве приме изображаются монастыри как центры освоения необжитых мель, которые превратили безжизненные болота, бросовые земли и выжженные пустыни в плодородные сады и пашни.

Скептицизм христианства препятствовали преобразовательной эйфории вплоть до той поры, когда в эпоху Возрождения не получила развития наука и не ослабли религиозные устои. Христианство явилось как бы переходным этапом от древнего обожествления природы к ее эксплуатации. С одной стороны, оно освободило человека от религиозно обусловленной боязни природы и дало ему основания думать, что природа отдана в его распоряжение, а с другой — оказывало сдерживающее влияние на преобразование ее, поскольку считало, что все, сотворенное Богом, совершенно и прекрасно.

Двойственное отношение к природе в христианстве приво­дило к тому, что одни религиозные мыслители прославляли при­роду как творение Бога, тогда как другие считали, что человек как высшее творение Бога может сделать с ней все, что угодно.

По мнению А. Мерсье, само понятие прогресса связано с идей эксплуатации природы. Он различает греческую традицию, в соответствии с которой главным в интересе к природе было удивлние ею и восхищение ее красотою и таинством, и иудейскую традицию, в соответствии с которой природа дана людям в их рапоряжение для ее эксплуатации. А. Мерсье считает, что не религия сама по себе виновна в экологическом кризисе, а иудейский принцип эксплуатации природы, нашедший свое выражение в Ветхом Завете. В дальнейшем капитализм смог в полной мере воспользоваться этим принципом. Общий вывод А. Мерсье таков: подлинный прогресс заключается не в обладании природой, не в ее эксплуатации, и вообще не в обладании, а в нравственном самовоспитании. Прогресс должен сделать человека счастливым, а счастье - результат не обладания чем-либо, а всего целостного бытия.

Религия оказывала немалое влияние на общество, однако религиозным причинам вряд ли стоит отводить первое место.

  • Вступительные испытания для поступающих на обучение по программам бакалавриата и программам специалиста
  • Молитва на пяти пальцах
  • директор ВФ УО ФПБ " Международный
  • Затруднения правовой теории
  • Северные сияния и полюсы
  • ГЛАВА 4. Потрепало соколам крылышки
  • 1.4 Формирование ценовой политики в туризме
  • К О Н Т Р А К Т №______
  • Показатели использования фонда
  • ПОСТАНОВКА ПОСЛАБЛЯЮЩЕЙ МАСЛЯНОЙ КЛИЗМЫ.
  • Словарь – это Вселенная
  • Язык и мышление.
  • Будь ты проклят, Зак Роджерс!
  • Изменения гемодинамики
  • What did she say?
  • Подходит к Симону Петру, и тот говорит Ему: Господи! Тебе ли умывать мои ноги? Иисус сказал ему в ответ: что Я делаю, теперь ты не знаешь, а уразумеешь после.
  • Кризисы Временного правительства
  • Между нами
  • Глава 22. Хейли еще спала, а Стивен лежал в ее постели окончательно проснувшийся
  • КЛАССИКИ