Большая охота на кенгуру

В этот же день вечером на ферму Кларка вернулись два его работника, длительное время совершавшие объезд пастбищ. Овцеводство, которым занимался Кларк, не требует больших затрат труда, кроме стрижки овец. Кларк не щадил средств на ограждение сетчатым забором лучших пастбищ, чтобы защитить своих овец от нападений кровожадных псов-динго и одновременно, предохранить траву от многочисленных стад кроликов. Хищных динго, впрочем, можно держать в страхе, устраивая время от времени охоту на них. А вот кролики стали настоящим бедствием. Они были хуже динго и даже хуже частых здесь засух. Кролики в числе пяти голов были завезены в Австралию в 1788 году. С тех пор они размножились в стада, насчитывающие миллионы голов, которые уничтожали всю траву в степях. Кларк со своими рабочими вынужден был проверять состояние ограждения и немедленно исправлять все повреждения. Кроме того, находчивый овцевод стал скупать у туземцев кроличьи шкурки и перепродавать их европейским купцам с немалой прибылью. Таким образом, он довольно успешно вел борьбу с вредными маленькими грызунами. Устроившись столь практически, Кларк уже не обязательно должен был посвящать много времени своему основному занятию. Теперь, после возвращения рабочих из объезда с хорошими вестями, Кларк мог принять деятельное участие в подготовке к большой охоте, что было для него большим удовольствием.

Звероловы, прежде чем выехать на охоту, разработали подробный план действий. Вильмовский купил у Кларка несколько пар верховых и упряжных лошадей. Для Томека он купил австралийскую низкорослую лошадку, пони. По уверениям Кларка этот пони отличался сообразительностью и выносливостью. По разработанному плану охотники должны были сначала ознакомиться с территорией будущей охоты, которую предварительно выбрал Тони.

Поэтому на следующий день утром, едва только солнце показалось над горизонтом, Вильмовский, Смуга, Бентли и Томек уже были готовы выехать на разведку места будущей охоты. Еще во время завтрака они услышали лошадиный топот и ржание. Томек сразу же подбежал к окну. Он увидел Тони привязывающего лошадей к коновязи, то есть деревянной жерди на двух столбиках, вкопанных около дома.

– Тони уже привел наших лошадей! Можем сейчас же ехать на разведку, – радостно сообщил он старшим.

– Если так, давайте не будем терять времени. – Позже будет хуже – станет припекать солнце, – сказал Вильмовский, вставая.

Охотники быстро навьючили на одну из лошадей вьюки с припасами и палаткой, после чего сами вскочили в седла, намереваясь тронуться в путь. Томек во всем подражал взрослым охотникам. Он старался не выдать никому, что сильно волнуется. Сохраняя полную серьезность он приторочил к седлу штуцер и вскочил на пони.

Серьезность Томека забавляла охотников. Вильмовский и Смуга подмигивали друг другу, показывая глазами на Томека. Как раз в этот момент из дома вышел боцман Новицкий. Увидев деланно-важное выражение лица у мальчика, боцман подхватил пони под уздцы. Он не заметил предостерегающего жеста Вильмовского, который сразу понял, что хочет сделать веселый моряк, потому что боцман со всей серьезностью обратился к мальчику:



– Слышь-ка браток, ты ведь не для красоты захватил свою хлопушку? Мое боцманское брюхо давно требует хорошего жаркого из молодого кенгуру. Правда, Ват-Сунг болтал что-то на счет мяса кенгуру, будто оно сухое и на вкус напоминает мочалку, но я думаю, что оно будет лучше, чем эти китайские яства, которыми он нас все время кормит. Покажи-ка теперь свою удаль!

– Я постараюсь, боцман, – ответил Томек вполне убедительным тоном.

– Что б ты сам превратился в кенгуру, ты... противный тюлень, – пробормотал Вильмовский. Он был недоволен подначиванием Томека на дела, грозящие ему опасностью.

Наконец охотники тронулись в путь. Хорошо отдохнувшие лошади шли легко и уверенно, и вскоре строения фермы исчезли из глаз за горизонтом. Вдали перед путниками, на западе, виднелась цепь невысоких гор, прорезанных долинами; на востоке распростерлась широкая степь, поросшая желтой травой.

Томек иногда приподнимался на стременах, чтобы увидеть конец бескрайней равнины, но, хотя они ехали уже около трех часов, на горизонте была все та же картина широкой степи без конца и края. Только кое-где им встречались одинокие, почти лишенные листьев, покрытые желтыми цветами акации, да эвкалипты с толстыми кожистыми листьями, почти не дающими тени.

Солнце пригревало довольно сильно. Они ехали шагом, чтобы не мучить напрасно коней. Томек не обращал внимания на беседу, которую вели между собой старшие. Он внимательно обследовал взором окрестности. И вот ему вдруг показалось, что среди зеленовато-желтой травы темнеют какие-то подвижные бесформенные силуэты.

– Внимание! Я вижу диких животных! Смотрите, смотрите, вон там! – воскликнул он, приподнимаясь на стременах.

Охотники посмотрели в указанную им сторону. На расстоянии не больше двухсот метров они увидели животных с шерстью желтовато-красного цвета, медленные движения которых создавали впечатление тяжелой неуклюжести, будто они хромали. Эти удивительные создания спокойно паслись – они еще не чувствовали присутствия людей, подъезжавших к ним с подветренной стороны.

Жестом руки Бентли потребовал от охотников молчанья. Все по его примеру пришпорили лошадей; поехали рысью. Вскоре они приблизились к пасущемуся стаду животных. Уже можно было ясно заметить характерное их строение. Тонкие у головы и шеи туловища их сильно утолщались к хвосту. Очень заметна была разница в развитии задних конечностей по сравнению с грудью и тонкой головой.

Вдруг одно из животных сделало «стойку» на задних лапах. Оно повернуло мордочку, несколько напоминающую оленью и одновременно заячью, в сторону приближающейся кавалькады, и, мелькнув словно молния, бросилось наутек длинными, быстрыми прыжками. Остальные животные, словно это был сигнал, бросились вслед за первым. Теперь яснее были видны другие характерные особенности строения животных и их оригинальный способ передвижения. Во время жировки они поддерживали корпус, опираясь на передние конечности, а потом подтягивали заднюю часть тела, делая нечто вроде короткого прыжка, причем задние лапы они выбрасывали вперед. Во время бега их слабые передние конечности оказывались совершенно непригодными; животные делали прыжки, описывая в воздухе длинные дуги; они двигались с необыкновенной быстротой, ловко пользуясь задними конечностями и длинным, мощным хвостом.

У Томека пропали все сомнения. Ведь он столько читал и слышал об этих животных, что узнать их по столь оригинальным отличительным признакам не составляло никакого труда.

– Кенгуру! Это кенгуру! – в величайшем волнении закричал он. – Вперед, за ними!

– Ах, мы их совершенно напрасно напугали, ведь мы теперь вовсе еще не готовы к охоте, – возразил Бентли.

Охотники замедлили ход лошадей. Томек опечалился. Бентли сразу же утешил его:

– Не жалей, мой друг, упущенной оказии. В будущем тебе не раз представится случай близко познакомиться с разными видами кенгуру.

Томек сразу оживился и ответил:

– Еще на «Аллигаторе» вы мне говорили, что мы будем охотиться на рыжих, серых и каменных кенгуру. Разве есть еще и другие их виды?

Бентли всегда с большой охотой беседовал со способным и любознательным мальчиком, и кроме того, зоология была излюбленной темой всех его бесед, поэтому Бентли охотно стал объяснять:

– Конечно, мой мальчик! Ведь семейство прыгающих делится на большое число подсемейств, родов и видов. Первые из них – это вид переходный от древесных сумчатых к прыгающим. Представителем подсемейства прыгающих является повсеместно известный мускусный кенгуру, длина которого не превышает 50 см, живущий в Квинсленде[38], кенгуровая крыса, или как ее еще называют потуру, живущая в Новом Южном Уэльсе, Виктории, Южной Австралии и Тасмании, опоссумовая сумчатая крыса, распространенная по всему нашему континенту за исключением северной части. Подсемейство настоящих кенгуру насчитывает множество видов, разнящихся между собой размерами. Среди сумчатых, наряду с великанами можешь встретить виды не превышающие кролика. Ты, по всей вероятности, знаешь, что родина кенгуру – это Австралия и соседние острова и, что излюбленное местопребывание их – обширные степи, поросшие травой. Некоторые виды кенгуру обитают в лесах с большими полянами, другие живут в скрэбах, а некоторые в густых, дремучих лесах. Есть также виды живущие в горах и даже гнездящиеся на деревьях.

Поперечно-полосатый кенгуру и родственный ему заячий кенгуру близки к кенгуровой крысе. Среди каменных кенгуру, на которых мы будем охотиться, есть виды желтых и южно-австралийских горных кенгуру. Лазящие кенгуру, обитающие на деревьях, отличаются от подсемейства настоящих кенгуру по способу передвижения и образу жизни.

Из всего подсемейства лучше других известны прыгающие кенгуру. Они живут, в основном, в Австралии, а некоторые виды малых кенгуру можно встретить в восточной части Новой Гвинеи и на соседних островах. К числу прыгающих кенгуру мы относим: рыжего гигантского кенгуру – их стадо мы только что встретили, серого исполинского кенгуру, черноголового, и кенгуру Беннета. Этот последний вид чрезвычайно ценится за великолепный мех.

Среди этой интересной беседы время проходило быстро. Наши охотники и не заметили, как подъехали к каменной скале, разрезанной широким ущельем. Именно в это ущелье Тони направил свою лошадь. Охотники ехали вслед за ним. Они признавали, что туземец превосходно выполнил порученную ему задачу. Широкое устье ущелья, выходящее в сторону степи, сужалось в глубине и заканчивалось довольно обширной котловиной, окруженной со всех сторон отвесными скалами. Достаточно загнать сюда животных, и они очутятся в естественной ловушке.

– Это превосходное место для ловушки, – удовлетворенно заметил Вильмовский. – Построить забор, тщательно замыкающий устье ущелья, совсем нетрудно.

– Если речь идет о выборе места для ловли животных, то лучше Тони никто этого не сделает, – добавил Бентли. – Несколько крепких столбов и несколько метров проволочной сетки вполне достаточно, чтобы запереть кенгуру в котловине.

Уставшие от многочасовой верховой езды, охотники спешились. Смуга и Тони сразу же занялись приготовлением еды. Вскоре все почувствовали запах горячего кофе. Охотники с аппетитом съели второй завтрак, после чего мужчины закурили трубки. Тони, прежде чем закурить свою, тщательно затоптал костер, чтобы не вызвать пожара в степи.

– Когда мы начнем охоту? – нетерпеливо спросил Томек, которого с момента встречи стада быстрых кенгуру обуяла жажда действия.

– Не раньше, чем через два или три дня, – ответил Вильмовский.

– Я не понимаю, зачем откладывать начало охоты, если у нас уже есть великолепное место, куда мы можем загнать кенгуру, – возражал мальчик.

– Охотник, а тем более зверолов, должен быть терпеливым и предусмотрительным, – объяснял Томеку отец. – Будь уверен, что мы не будем терять напрасно времени. Пока мы организуем облаву, наши товарищи, оставшиеся на ферме, займутся устройством клеток для перевозки животных и смонтируют телеги, которые мы привезли с «Аллигатора» в разобранном виде. Мы должны хорошо подготовиться. Транспортировка животных на судно самое трудное дело.

– Я и забыл об этом, – ответил успокоившись Томек, и сел на траву рядом с отцом.

Теперь Вильмовский обратился к следопыту:

– Тони, нам надо теперь поехать в деревню туземцев, согласившихся помочь нам на охоте.

– Мы можем через три часа очутиться в кочевье «людей-кенгуру», – ответил Тони.

– Ах, Тони, Тони! – воскликнул Томек с возмущением. – Даже я знаю, что в Австралии нет никаких «людей-кенгуру»!

– А что с ними случилось? – удивился Тони. – Ведь они были на ферме Кларка и беседовали с нами?

Разговор Томека с туземцем рассмешил Бентли. Он улыбнулся и пояснил:

– Австралийские племена делятся на так называемые фратерии, которые принимают название от животного-покровителя. Например, туземцы, занимающиеся охотой на кенгуру, принимают имя «людей-кенгуру», охотники на эму называют себя «людьми-эму»; есть и такие, которые зовут себя «люди-вода». Кенгуру, эму или вода являются символами, то есть тотемами их рода. Туземцы, принадлежащие к данному тотему, считают себя преимущественными распорядителями вещей и животных, имя которых носят. Итак, племя «людей-кенгуру» снабжает мясом и шкурами «людей-эму», «людей-воды» и других, и взамен получает от них яйца эму, воду и так далее.

– Теперь я понял, о чем говорил Тони, – заявил Томек. – Мы должны обратиться за помощью к племени туземцев, которые выбрали своим тотемом кенгуру.

– Вот именно это и хотел сказать Тони, когда сказал «племя людей-кенгуру», – подтвердил Бентли.

– Господин Бентли хорошо говорит, – ответил Тони. – Малая Голова теперь уже знает, что такое «люди-кенгуру».

– Все теперь ясно и мы можем поехать на поиски племени «людей-кенгуру», – закончил беседу Вильмовский.

Охотники сели на лошадей и выехали из ущелья. Они ехали на север, вдоль низкой цепи скалистых холмов. Становилось жарко, поэтому пришлось несколько уменьшить скорость езды.

Спустя два часа Тони повернул в ущелье, глубоко врезавшееся в цепь холмов. Лошади без понукания двинулись рысью.

– Уже недалеко. Лошади чувствуют воду, – сообщил Тони.

Вскоре они въехали на обширную поляну. Среди кустов акации виднелись примитивные шалаши туземцев, состоявшие из отдельных стенок, сплетенных из веток, покрытых корой и подпертых жердями с подветренной стороны. Скромная стоянка кочевников расположилась рядом с небольшим углублением, заполненным мутной водой. Из круга шалашей поднималась вверх струйка дыма, указывавшая на то, что внутри горел костер. Охотников встретил лай собак.

Тони задержался в нескольких метрах от кочевья и потребовал, чтобы товарищи сделали то же самое. Хотя лошади вытягивали головы в сторону воды, Тони не разрешил их поить. Следуя примеру проводника, охотники сели на землю.

– Почему мы ждем здесь вместо того, чтобы пойти в деревню? – нетерпеливо спросил Томек.

– Таков обычай австралийских племен, – пояснил Бентли. – В Европе, если хочешь нанести кому-либо визит, ты стучишь в дверь его жилища. Здесь же садишься вблизи кочевья и терпеливо ждешь приглашения.

– Странный обычай, но можно его понять. Однако почему Тони не позволяет напоить наших лошадей? – снова спросил Томек, глядя на лошадей, вытянувших головы в сторону воды.

– Племя туземцев расположилось у ямы, наполненной водой. Этим самым, по здешним обычаям, эта вода стала их собственностью. Вода необходима для сохранения жизни, поэтому надо подождать разрешения удовлетворить жажду и напоить лошадей. Если мы хотим жить с туземцами в мире, мы должны соблюдать их обычаи, – ответил Бентли.

Звероловы молча слушали эти объяснения. Ведь успех охоты в значительной степени зависел от успеха переговоров с туземцами. Томек критически наблюдал некоторое время за жизнью кочевья, после чего снова сказал:

– Эти австралийцы чрезвычайно примитивные люди, они даже не умеют как следует построить шалаши! Ведь эти их «домики» состоят только из одной стенки, напоминающей покосившийся забор.

– Ах, Томек! Никогда нельзя судить людей какой-либо страны, не учитывая условий, в которых они вынуждены жить, – возмутился Бентли. – Ну возьмем, например, тебя, разве ты летом надел бы шубу?

– А зачем мне надевать летом шубу? – пробурчал Томек пожимая плечами.

– Ага, вот видишь, летом никто из нас не носит шубы. Австралия жаркая и очень сухая страна, поэтому коренные ее жители ходят часто голыми и не обязательно должны строить себе дома, защищающие от холода или дождя. Кроме того, они принадлежат к числу охотничьих племен, питающихся дичью и найденными в земле кореньями растений. Если в одном месте они не могут найти достаточно пропитания, они переходят на другое, с обилием пищи. Зачем же им строить прочные дома, если климат и условия быта не требуют этого?

– Все, что вы сказали, кажется мне правильным, но они могли бы строить шалаши поудобнее.

Беседа была на момент прервана. Из круга шалашей вышел старый австралиец со сморщенной кожей на лице. Тони встал с земли и не спеша пошел к посланцу. Они встретились на половине дороги, уселись на землю и начали беседу.

– О чем они так долго говорят? – поинтересовался Томек.

– Племя «людей-кенгуру» через своих представителей согласилось принять участие в охоте. Но вежливость требует официально сообщить старейшине рода о цели нашего прибытия. Сейчас ты увидишь результаты этой беседы, – сообщил Бентли.

Спустя некоторое время туземец вернулся к шалашам, а Тони – к своим товарищам. Он заявил, что старейшины племени прибудут на совет.

Вскоре у ямы с водой появилась немолодая женщина. Она поставила около воды жестяное ведро, приглашая путников красноречивым жестом руки. Тони по очереди напоил лошадей, после чего вернулся к охотникам, выжидательно смотревшим в направлении шалашей. Через некоторое время к ним подошло несколько человек австралийцев. Обсуждение вопроса о вознаграждении туземцев за участие в охоте не заняло много времени. Вильмовский обязался дать им некоторое количество продовольствия, несколько топоров, ножей и других предметов повседневного обихода. Он отказался только дать водку, предлагая взамен живых кенгуру, которые останутся в котловине после отбора животных для экспедиции. Поговорив между собой, туземцы приняли это предложение. Они обещали, что в облаве примут участие 60 мужчин и мальчиков. Одновременно они обязались немедленно выслать разведчиков на поиски крупного стада кенгуру. Охоту решено было начать через два дня.

Возвратившись на ферму, охотники застали там уже готовые длинные легкие телеги, привезенные ими на корабле в разобранном виде. Они были покрыты брезентом, натянутым на бамбуковые жерди. В каждую телегу впрягалась четверка лошадей. В тот же день охотники погрузили на телеги легкие клетки, предназначенные для перевозки кенгуру, и соответствующий запас питания, а также палатки и другие вещи, необходимые для постройки лагеря в степи.

До начала охоты, в ущелье указанном следопытом надо было устроить ловушку, в которую будут загнаны кенгуру. Уже на другой день после возвращения из разведки караван телег в сопровождении всадников оставил ферму Кларка с таким расчетом, чтобы самый тяжелый участок дороги через степь пройти после заката солнца. Благодаря этому, всего лишь после одного короткого привала охотники уже на рассвете оказались вблизи ущелья. Они быстро выбрали место для стоянки и разбили там лагерь. Расположив телеги полукругом, они внутри его поставили палатки, и, спутав лошадей, пустили их в степь пастись.

Вскоре в ущелье закипела работа. В самом узком месте охотники вкопали прочные столбы с крюками для проволочной сетки. Столбы замаскировали зеленью, что было необходимо ввиду чуткости кенгуру, которые могли бы слишком рано заметит опасность. Наконец все подготовительные работы, включая проверку натяжения сетки между столбами, были закончены. Оставалось только подождать туземцев, обещавших принять участие в охоте. Они не заставили себя ждать. Прибыли большой толпой, и расположились вблизи ущелья.

Томек присоединился к группе своих товарищей, пожелавших познакомиться с австралийцами. Ему хотелось ближе узнать великолепных австралийских охотников, от быстрого взгляда которых, по всеобщему мнению, не скроется даже самое маленькое животное, обитающее в пустынной степи.

Первоначально, все австралийцы казались Томеку похожими друг на друга, как две капли воды. Их землисто-черные тела, покрывали широкие шрамы примитивной татуировки. Они были размалеваны белыми полосами в знак готовности к борьбе и охоте. У них были почти одинаковые и несколько удлиненные головы, покрытые черными, блестящими, густыми волосами, узкие у основания носы, широкие ноздри, маленькие глаза и толстые губы. Вся одежда туземцев состояла из связок сухой травы на шнурках, которыми повязаны бедра. Охотники были вооружены длинными копьями, бумерангами и щитами. Выглядели они воинственно и дико, несмотря на дружелюбные улыбки, появлявшиеся на их лицах при встрече с белыми.

Вместе с туземными охотниками пришли несколько пожилых женщин, они, по принятому среди туземцев обычаю, занялись устройством шалашей и приготовлением пищи. Желая задобрить туземцев, Вильмовский подарил им двух бараков, много коробок с консервами и сухарей. Оказалось, что австралийцы прекрасно чувствуют себя в недоступном для человека месте. Известным только им одним способом, они быстро нашли воду, которая появилась, как только они выкопали не очень глубокую яму, в месте указанном стариками[39].

Предводитель туземцев сообщил белым охотникам, что он уже разослал воинов на поиски крупного стада кенгуру. Он ожидал, что они еще до заката солнца вернутся с сообщением.

Остаток дня Томек провел в гостях у австралийцев. Многие из них знали о нем по рассказам разведчиков, с которыми он встретился на ферме Кларка. Поэтому он легко знакомился с туземцами. Австралийцы устроили пир, во время которого жрецы показали танец, представляющий охоту на кенгуру. По их верованию танец этот должен был умилостивить «духа» охоты, который радовался, видя ловкость человека, и за это посылал им стада жирных животных. Конечно, дело не обошлось без показа охотничьей сноровки. Томек стрелял в цель из штуцера, австралийцы бросали бумеранги и копья. Томек удивлялся необыкновенной силе и ловкости этих, на первый взгляд, слабых мужчин. Их тонкие руки с необыкновенной меткостью на большом расстоянии попадали в цель тяжелыми копьями и бумерангами; на своих ногах, как бы полностью лишенных икр, они умели бегать быстрее ветра. Таким образом, время незаметно подошло к вечеру. Как и предвидел предводитель туземцев, воины вернулись в кочевье еще до заката солнца. По их сообщению, на расстоянии нескольких часов пути, на северо-восток от кочевья, вблизи небольшого источника паслось большое стадо кенгуру; значит, не нужно было опасаться, что они быстро изменят место своей жировки.

Получив такое известие, Вильмовский немедленно созвал совет, чтобы обсудить план охоты. Ущелье-ловушка, куда они намеревались загнать кенгуру, было расположено в цепи скалистых холмов, тянувшихся с севера на юг. К западу от холмов находилась мертвая, лишенная воды пустыня. Там кенгуру не могли искать спасения от облавы, поэтому достаточно было их окружить только с трех сторон: с юга, востока и севера и гнать по направлению к ущелью.

По совету Бентли, один отряд туземцев под предводительством Вильмовского должен был окружить кенгуру с юга. В его задачу входило закрыть путь убегающим кенгуру с этой стороны. Остальные верховые и пешие туземцы были разделены на два отряда. Один из них, под командованием Бентли должен был широкой дугой окружить место жировки кенгуру и погнать их в южном направлении, тогда как второй отряд во главе со Смугой должен был закрыть круг облавы с востока. Таким образом, звероловы, сжимая постепенно кольцо облавы, должны были загнать кенгуру в ущелье.

Томек, к своему удовольствию, был присоединен к отряду Бентли. Этому отряду предстояла самая дальняя дорога, и он должен был первым начать облаву. Поэтому отряд двинулся в путь сразу же после полуночи, чтобы на рассвете очутиться в назначенном месте. В отряд входили 12 верховых и несколько десятков пеших туземцев.

Во главе отряда ехали два следопыта, вслед за которыми Двигались верхом Бентли и Томек. Ночь была очень светлая. На чистом небе, усеянном звездами, ярко пылало созвездие Южного Креста. Огромный диск луны заливал всю степь серебристым светом.

– Что-то мы очень медленно едем, – сказал Томек, которому не терпелось как можно скорее очутиться на месте охоты.

– Мы должны ехать медленно, чтобы не измучить лошадей, – ответил Бентли. – Перед нами еще длинная дорога. К началу облавы наши лошади должны быть совершенно свежими.

– Скажите, пожалуйста, кенгуру могут прорвать цепь облавы?

– Это зависит от нас, от нашей ловкости. Почувствовав опасность, кенгуру мчатся быстрее ветра. Нормально, они прыгают на расстояние около трех метров, но будучи испуганы, делают прыжки в десять и больше метров.

– А что мы будем делать во время облавы?

– То, что всегда делают в таких случаях, – пояснил Бентли. – Как можно больше шума...

После нескольких часов езды они увидели на фоне ясного неба контуры невысоких холмов. Вскоре проводники, ехавшие впереди, остановили лошадей. Они сообщили, что по их расчету стадо кенгуру уже осталось позади. Бентли распорядился об отдыхе. Спутав ноги лошадей, их пустили пастись. Охотники уселись на землю, чтобы поесть и отдохнуть перед охотой.

Томек не мог дождаться утра. Бентли приглашал его поспать немного, но как Томек ни старался, заснуть не мог. Ведь он впервые собирался принять участие в крупной охоте на диких животных. Он никак не мог победить волнение, а кроме того, его злило поведение Бентли. Тот присел на землю и, раскурив самым спокойным образом трубку, вел с туземцами беседу, о каком то празднике, который называл «корробори».

Из их беседы можно было понять, что во время этого праздника туземцы принимали мальчиков в семью мужчин. Это было связано с многочисленными таинственными обрядами, во время которых выбивали, например, юноше зуб, левый верхний клык, в знак того, что он стал взрослым. В торжествах участвовали одни мужчины, которые пировали, танцевали и устраивали игры.

«Удивительный человек, этот Бентли, – с раздражением думал Томек. – Как раз теперь, перед началом охоты, он вздумал вести беседу о песнях и танцах!»

Томек повернулся к Бентли спиной и нетерпеливо смотрел на небо. Но там не было видно никаких признаков наступления дня. Томек совершенно забыл, что на этой географической широте перед восходом солнца царит такая же темь, как и в середине ночи. Поэтому он несказанно обрадовался, когда, без предрассветных сумерек, на небе показалось огромное солнце и сразу настал день. Охотники оживились. Бентли сейчас же выслал трех всадников в разведку. Разведчики на конях, поскакав легкой рысью, исчезли в степи, среди высокой травы. Бентли достал из рюкзака дымовую ракету, при помощи которой он должен был дать знак охотникам «южной» и «восточной» групп, о том, что облава началась. Вскоре весь отряд двинулся вслед за разведчиками.

Они медленно шли по степи около трех часов. От разведчиков не поступало никаких сведений. Томек уже начал беспокоиться, не разминулись ли они случайно с ними, как вдруг один из разведчиков вырос перед ними, как из-под земли.

– Нашли кенгуру? – спросил Бентли, подъезжая к нему.

– Да, нашли. Ночью они отошли от воды несколько на север, – ответил туземец на ломаном английском языке. – Они теперь там!

Место, где паслись кенгуру, находилось у подножия каменных холмов.

– Плохо, – заметил Бентли. – Я боюсь, что отряд, который должен был окружить их с востока, находится теперь слишком далеко от нас.

– Вы только не допустите до того, чтобы кенгуру ушли из-под облавы! – воскликнул Томек.

– Постараемся не допустить, но надо сохранять спокойствие, – твердо ответил Бентли.

Он подумал минуту, после чего сказал:

– У нас слишком мало людей, и мы теперь не можем делиться на отряды, но если мы немедленно не начнем облавы, то кенгуру могут уйти еще дальше на север. Поэтому три наших человек должны немедленно поехать на юг, чтобы завернуть стадо, если кенгуру попытаются прорваться между нами и отрядом, идущим с востока.

На минуту Бентли задумался, кому поручить занять позицию на юге. Ему нелегко было принять решение. Наконец он направил испытующий взгляд на мальчика.

– Томек, возьми с собой двух туземцев и медленно двигайся в южном направлении, – приказал он. – Как только увидишь дымовую ракету, скачи вперед так, будто за тобой гонятся сто бенгальских тигров. Держи направление параллельно цепи холмов, пока не встретишь восточный отряд. Тогда соединишься с ним и постараешься замкнуть цепь облавы.

– Ах, нельзя ли послать кого-нибудь другого вместо меня? – жалобно попросил Томек.

– Ты что, боишься, что тебе не удасться принять участие в охоте? – спросил Бентли. – Ничего подобного, дружище, ведь именно ты будешь держать в своих руках всю судьбу охоты. Ты знаешь почему я выбрал именно тебя?

– Не знаю, но я думаю...

– Я уже по выражению твоего лица вижу, что не знаешь. Сейчас я тебе объясню. Так вот, если бы кенгуру пытались проскользнуть между нами и восточным отрядом, ты должен будешь, во что бы то ни стало, их задержать. Если им удастся хоть раз прервать цепь облавы, они разбегутся по степи, и ищи тогда ветра в поле. А ты знаешь как можно вынудить кенгуру изменить направление бега?

– Не знаю!

– В случае такой необходимости надо убить предводителя стада. Вот почему я выбрал тебя. Из того, что о тебе мне рассказывали, я знаю, что ты лучший стрелок в нашей группе. Если бы с нами здесь был Смуга или боцман Новицкий я бы послал одного из них.

Томек покраснел от радости и гордости. Длительное время он молчал, чтобы овладеть охватившим его волнением. В конце концов, отозвался будто бы совершенно равнодушным тоном.

– Ну, если дело за этим, то я еду на юг. Если это понадобится, туземцы должны мне показать предводителя стада, чтобы не было ошибки.

Бентли посмотрел на мальчика с тревогой.

– "Ого, сколько самонадеянности у этого парня, – подумал он. Как бы он не испортил всю охоту!"

Но времени на раздумье уже не было. Бентли подозвал двух туземцев и кратко объяснил им задачу. Томек двинулся на юг на своем пони, а Бентли с остальными членами отряда направился на запад.

Едва лишь Томек остался наедине с туземцами, вся его уверенность развеялась как дым угасающего костра. Что будет, если он ошибется в направлении? Сумеет ли он, в случае необходимости, повернуть кенгуру? Он невзначай взглянул на едущих рядом с ним австралийцев. Встревожился, увидев две пары желтых глаз испытующие смотрящих на него.

– Мы правильно едем? – обратился Томек к ним, чтобы подбодрить себя.

– Хорошо ехать, только медленнее, – подтвердил один из туземцев.

Томек придержал бег пони. Они ехали шагом. Время тянулось немилосердно. Томек все чаще смотрел на восток, не видны ли случайно верховые из восточного отряда. Однако, степь была пуста, никого не было видно.

«Вот дела! – подумал Томек. – Сделали меня командиром группы туземцев, а я и не знаю, что мне с ними делать? Отец или Смуга не поступили бы со мной так! А если эти австралийцы – предатели и уведут меня с собой в степь?»

В этот момент бронзовая рука туземца схватила пони под уздцы и осадила его на месте. Томек быстро закрыл глаза, ожидая предательского удара, но вместе этого услышал высокий голос туземца.

– Смотреть, скоро смотреть! Видно знак!

Томек открыл глаза. Австралийцы показывали руками на запад. Там, вдали, видна была ракета, за которой тянулся темный хвост дыма. Облава двинулась! Томек сразу же забыл о всех своих опасениях. Он в уме повторил приказание Бентли: «Как только увидишь дымовую ракету, выстреленную мной, скачи вперед, будто за тобой гонятся сто бенгальских тигров».

– Вперед, вперед, во всю прыть, – крикнул он туземцам. Туземцы пятками пришпорили лошадей. С места бросились в карьер. Трава быстро убегала из-под конских копыт. Далеко на западе послышались частые выстрелы и громкий крик облавы.

Томек схватился руками за высокую луку седла и стал погонять пони. Он опередил туземцев на несколько метров, потому что те не очень хорошо ездили. Томек почти забыл о них. Он летел вперед без оглядки. Как вдруг он услышал крик:

– Ружье! Ружье! Ружье!

«Чего они от меня хотят?» – подумал Томек и обернулся.

– Ружье! Ружье! – продолжали кричать австралийцы.

Только теперь Томек услышал, что шум облавы стал значительно ближе. Он взглянул направо. Его охватило волнение. Прямо перед ним, несколько наискосок, по степи, огромными, длинными прыжками мчались кенгуру, удаляясь все дальше на восток от цепи холмов. Большое стадо растянулось широким полукругом. Сильнейшие из кенгуру выдвинулись далеко вперед и только лишь на расстоянии нескольких сот метров за ними галопом неслись верховые, крича как сумасшедшие.

– Ружье! Ружье! – кричали туземцы, показывая на быстро приближавшихся кенгуру.

Томек смерил взглядом расстояние отделяющее его от ближайшего животного. Кенгуру неслись значительно быстрее, чем его пони. По расчетам Томека, приближаясь наискосок они могли пронестись около него на расстоянии каких нибудь трехсот метров.

«На такой дистанции не попаду» – подумал Томек и пришпорил пони.

Сильная, выносливая лошадка вытянула короткую шею и с удвоенной энергией помчалась вперед. Крепко держась одной рукой за гриву пони, Томек осторожно стал готовить штуцер. Пони мчался вперед изо всех сил. В конце концов он стал догонять первых бегущих кенгуру. Туземцы поравнялись с Томеком. Один из них крикнул ему:

– Мы кричать, а ты стрелять! Только быстро, быстро!

Они выехали вперед, а Томек дернув уздечку, задержал пони. Он привстал на стременах, сжимая в руках штуцер. Кенгуру находились уже очень близко. Впереди мчался огромный самец, делая прыжки длиннее, чем остальные. Самец прижал к груди короткие передние лапы, вытянул хвост и всей силой мускулов ударял о землю длинными, стройными, крепкими, как пружины, задними ногами, прыгал вверх и несся среди травы так, что его рыжеватое тело мелькало как молния.

«Это, наверно, предводитель стада» – подумал Томек.

Он начал целиться, но никак не мог поймать на мушку быстро двигающееся тело животного.

«Ничего из этого не выйдет» – печально подумал он, опуская штуцер.

Туземцы опередили Томека на несколько десятков метров. Теперь они повернули лошадей прямо на кенгуру, издавая одновременно пронзительные крики. Предводитель стада на секунду остановился и поднялся на задних лапах во весь рост. Это его и погубило. Томек быстро поднял штуцер, прицелился и нажал курок. В степи раздался громкий звук выстрела. Пони под Томеком присел на задние ноги. Еще немного и Томек очутился бы на земле. Пытаясь восстановить равновесие, он на момент увидел огромного кенгуру тяжело падающего на землю.

– Ур-ра-а! – в восторге закричал Томек; он вскинул штуцер на плечо и добыл револьвер.

Томек стрелял вверх и изо всех сил кричал вместе с туземцами. Кенгуру, испуганные смертью своего предводителя, повернули на юг. Совершенно неожиданно Томек увидел длинную линию всадников, поднимающихся из высокой травы. Раздались новые выстрелы и из многих ртов вырвался невообразимый крик. Это Смуга появился со своим отрядом, чтобы с востока замкнуть цепь облавы.

– Ур-ра-а! – еще раз крикнул Томек, и помчался за бегущим кенгуру.

Сжимаемое с двух сторон стадо, мчалось на юг. Вскоре им преградили путь пешие туземцы. Животные в страхе бросились обратно на восток. Но отряд Смуги задержал их криками и выстрелами. Путь на север был прегражден отрядом Бентли. Таким образом, перепуганные и потерявшие всякую ориентировку кенгуру бросились на запад к цепи каменных холмов. Там в ущелье их ждала пока что тихая ловушка.

Охотники без особого труда и неожиданностей загнали кенгуру в ущелье, вылет которого был немедленно закрыт высокой проволочной сеткой.

Заперев животных в ущелье, Вильмовский начал поиски Томека. Он никак не мог его найти. Бентли, которого он спросил о сыне, с улыбкой ответил:

– Вы за него не беспокойтесь. Это в самом деле молодчага парень. Только благодаря ему кенгуру не смогли вырваться из кольца облавы. Ночью они отошли далеко на север и можно было опасаться, что между стадом и моими людьми образуется разрыв, а группа Смуги не подоспеет, чтобы его закрыть. Поэтому я решил выбрать лучшего среди нас стрелка, чтобы тот в случае необходимости застрелил предводителя стада и повернул кенгуру на юг. Я выбрал Томека потому, что, по-моему, парень обладает прекрасными способностями в стрельбе. Он принял мое предложение. В самый критической момент облавы он оказался на высоте положения. Теперь Томек вместе с туземцами поехал за убитым кенгуру.

– Можешь пожалеть, что ты не видел Томека во время облавы, – вмешался Смуга. – Я был всего лишь в какой-нибудь сотне метров от него. Он повалил предводителя стада одним выстрелом. Это великолепный стрелок.

– Мнение Смуги, известного меткостью стрельбы, особенно ценно, – добавил Бентли, – потому, что я... признаюсь... никогда не убил ни одного животного. Я люблю ловить живых представителей фауны, но не могу лишать их жизни.

– Напрасное убийство диких животных, конечно, варварство, – ответил Смуга. – Но это очень хорошо, если охотник метко стреляет.

– Конечно, вы правы! Томек заслужил особой похвалы за то, что во время охоты оказался разумным и отважным стрелком. Он точно выполнил мой приказ, – признал Бентли.

Вильмовский с большим удовольствием слушал их слова. Он с нетерпением ждал возвращения сына. Томек появился в лагере через час. Обняв и поцеловав отца, Томек сразу же спросил о боцмане Новицком. Вильмовский сообщил, что моряк раздает туземцам продукты.

– Я должен найти боцмана, чтобы вручить ему обещанного кенгуру, – сказал Томек и в окружении толпы туземцев направился в лагерь, ведя на поводу лошадь с навьюченным на нее огромным животным.

XII

  • Народное название: дикий каштан.
  • Маргарет Мид. Мы живём в уникальный в жизни человека период — смены тысячелетий
  • К истокам
  • I Глава 15 4 страница
  • Факторы производства в теории К. Маркса. Производительность труда.
  • Форми і засоби проміжного та підсумкового контролю.
  • Правда большинства, левда меньшинства...
  • МАЯКОВСКИЙ В 1913 ГОДУ
  • ОТРИЦАНИЕ
  • XXXVIII. День Святой Феодоры
  • СИНТАКСИЧЕСКИЕ ОКРУЖЕНИЯ ДЛЯ ИДЕНТИФИКАЦИИ ПРЕСУППОЗИЦИИ ЕСТЕСТВЕННОГО ЯЗЫКА В АНГЛИЙСКОМ.
  • Часть первая 5 страница. — А если бы обыскали?
  • Требования к оформлению работы
  • Статья 50
  • Анулома-Вилома
  • Ее глаза сузились, Рё СЏ почувствовала давление РЅРѕРІРѕРіРѕ удара, РЅР° сей раз направленного РЅР° меня.
  • ТЕКСТ 15. са ваи бхагавато раджа
  • Николай 7 страница
  • Полупризнания полуправды
  • 10.______________