Пэйринг: Гарри Поттер / Драко Малфой 18 страница

Драко хихикнул и произнес: — Акцио блюдо с фруктами!

— Хватит, Драко! — воскликнул Гарри.

— Ой, я давно так не развлекался! — сквозь смех еле выговорил блондин. — Ты бы видел свое лицо сейчас! — сок потек из уголка рта по подбородку, заставляя его облизнуться. Губы блондина влажно блестели.

— Мистер Малфой, не советую Вам провоцировать меня. Вы же знаете, что я на все пойду, чтобы получить желаемое, — игриво воскликнул Гарри, подкрадываясь к слизеринцу.

— Да? А мне казалось, что это слизеринское качество, — Драко, смеясь, взмахнул палочкой, перемещая блюдо еще дальше.

— Ну, если учесть, что ты схватил единственный кусок…

— Да! — просиял блондин.

— Скажи мне, если я ошибаюсь, но, по-моему, мне придется вступить в битву за него, — Гарри прищурился с притворной угрозой.

— Поймай меня, если сможешь, — блондин отпрыгнул назад, уворачиваясь от протянутых рук Гарри.

— Ты еще пожалеешь о том, что не дал мне кусочек, — многообещающе прошептал брюнет.

— Посмотрим.

Погоня началась, и двое юношей, носились друг за другом по всей комнате, хохоча и толкаясь. Они были похожи на двух детей, которым посчастливилось бесплатно попасть на целый день в парк развлечений. Каждый уголок комнаты старосты превратился в увлекательный аттракцион. Они скакали по кровати, по креслам и пуфикам, мимо шкафа и вокруг столика, до тех пор пока Гарри не удалось настичь Драко и, повалив, прижать его к ковру. Оседлав бедра блондина и прижав его руки к полу, гриффиндорец наклонился и, тяжело дыша, спросил: — Ну что, Ваше высочество, Вы дадите мне наконец откусить кусочек? По-моему, я его заслужил.

Лицо Гарри, склонившегося над ним так близко на расстоянии поцелуя, лишало Драко остатков здравого смысла, поэтому он только кивнул и знаком дал понять брюнету, чтобы он отпустил его руку с зажатым в ней ломтем дыни. Затем слизеринец приблизил оставшийся кусочек к губам Гарри и закрыл глаза, чтобы перевести дух и не наделать глупостей.

— Ммм, как вкусно, — пробормотал Гарри, забирая фрукт из руки блондина.

— Ты что, хочешь съесть все сам? — спросил Драко, силясь не обращать внимание на то, каким привлекательным был в этот момент Поттер.

— А ты хочешь еще? — гриффиндорец помахал сочным фруктом у Драко перед носом, совсем не ожидая, что тот рывком сядет и окажется в опасной близости от его лица. — Какого дьяв… — вздрогнул от неожиданности брюнет, отдергивая руку назад.



Но Драко оказался быстрее. Он схватил Гарри за руку, в которой был зажат уже порядком обкусанный и помятый, но по-прежнему ароматный и сочный ломтик.

— Так ты поделишься или нет? — с притворной угрозой прорычал блондин.

— Наверное, нет, — задумчиво протянул Гарри.

— Тогда ты сейчас упадешь!

— А если — да?

— Тогда ты не упадешь!

— Тебе придется привести более веские аргументы в пользу того, что я должен уступить тебе остаток этого лакомства, — хитро улыбнулся Гарри, откинулся немного назад и откусил последний кусок сочного плода, оставляя в руке только желтую шкурку.

— Потому что я тебе нравлюсь, — предположил блондин, снова притягивая гриффиндорца к себе.

— Попробуй еще раз!

— Потому что ты не хочешь, чтобы я умер голодной смертью.

— Не пойдет, у тебя вот в этом месте имеется неплохой запасец. Пару недель продержишься, — сказал Гарри и пощекотал слизеринца по мягкому месту.

Тот подпрыгнул и притворился обиженным: — Нет там никаких запасов. Я в прекрасной форме! — тут Драко в голову пришла блестящая идея. — Ну, раз ты уже все съел, то я тебя вызываю на поединок! — и, взмахнув палочкой, призвал румяное яблоко.

— И в чем суть поединка?

— С одной стороны яблока я, а с другой — ты. Выиграет тот, кто съест больше. Единственное правило — не дать упасть яблоку на пол, не касаясь его при этом руками.

— А, это известная маггловская игра! Только у них яблоко подвешивают, а руки играющим связывают за спиной.

— Поттер, мы же волшебники! Яблоко можно левитировать, так будет интереснее!

— Я готов!

— Прекрасно. Тебе удобно?

— Да! Ой, извини, — Гарри только заметил, что он сидит верхом на слизеринце.

— Нет, сиди. Так даже лучше, — Малфой тонко улыбнулся, уверенный, что Гарри не знаком с правилами этой игры у волшебников. Он скромно умолчал о том, что здесь яблоко может подниматься, опускаться и при необходимости отпрыгивать в сторону.

На счет три яблоко пришло в движение и юноши набросились на него в попытке поймать, не пользуясь руками, и откусить побольше.

— Упс! Я забыл тебе сказать, что оно может двигаться, — ухмыльнулся Драко, оказавшись в нескольких сантиметрах от губ Гарри.

— Супер! Это поинтереснее, чем у магглов, — отозвался тот.

И поединок продолжился, сопровождаемый пыхтением и толчками, особенно со стороны коварного слизеринца, который будто случайно терся об Гарри, возбуждая того сверх меры.

— Хватит, Драко!

— Что?

— Прекрати!

— О чем ты?

— Все, Драко! — обессилено вздохнул Гарри, после очередного толчка.

— Ура! Первый раз есть! — завопил Драко, ухитрившись откусить кусок яблока, воспользовавшись тем, что Гарри дернулся в сторону от щекотавшей его руки слизеринца.

— Нечестно! — парировал брюнет и, ущипнув противника за ногу, тоже исхитрился поймать фрукт зубами. — Один-один!

— Хочешь войны, Поттер? Будет тебе война! — с показным хладнокровием спросил блондин и тут же рявкнул: — Immobilus! — яблоко замерло, и Драко принялся быстренько обгрызать свою сторону.

— Мошенник! — закричал Гарри и тоже начал откусывать со своего бока.

В мгновение ока от яблока остался только огрызок и кусочек мякоти с левой стороны на равном расстоянии от обоих юношей.

— Мой, — прошептал Драко.

— Нет, мой, — парировал Гарри.

— Почему ты думаешь, что я уступлю его тебе? — вспомнил слизеринец их предыдущий разговор.

— Потому что я тебе нравлюсь, — проказливо улыбнулся Гарри.

— Попробуй еще раз.

— Потому что ты не хочешь, чтобы я умер с голоду, — принял игру брюнет.

— Было, мистер Поттер, не пойдет. Я не отдам тебе просто так последний кусочек, ты должен заслужить его.

— Хорошо, если ты мне уступишь, я разделю его с тобой, — отважившись, прошептал Гарри, думая про себя: «Сейчас или никогда!».

— И как мы это сделаем?

— Вот так, — пробормотал Гарри, откусил остаток яблока и, сжав его губами, поднес ко рту Драко.

Тот громко сглотнул и смущенно спросил: — Это и есть твой способ делиться?

Брюнет кивнул, замерев в ожидании в двух сантиметрах от его лица. Кровь шумела в ушах гриффиндорца, и ему казалось, что за оглушительным стуком собственного сердца он не услышит ответ Драко.

Малфой не заставил себя долго ждать. Он наклонился к Гарри и откусил кусочек, слегка потершись губами о его губы.

Гарри закрыл глаза, это был самый возбуждающий момент в его жизни. Близость Драко, его аромат, тепло желанных губ заставляли гриффиндорца терять голову.

Блондин был невероятно чувственным созданием, он будил в Гарри неизведанные им доселе эмоции и ощущения, всего лишь поцеловав его. Но когда яблоко было съедено, и Гарри подумал, что блондин отодвинется, тот в очередной раз удивил его: губы слизеринца продолжали ласкать его собственные, становясь при этом все более жаркими.

Глава 23. Ты понимаешь, что мы только что сделали?

— Ты знаешь, твои губы от яблока такие сладкие, — прошептал слизеринец, лизнув Гарри, который сглотнул, но промолчал. — Мы должны чаще играть в эту игру, я нахожу ее очень возбуждающей, — пробормотал Драко, легонько покусывая нижнюю губу брюнета.

И снова ответом на его слова была паническая тишина.

— Гарри, мне, конечно, очень нравится играть с твоими губами, но если ты не хочешь… я прекращу.

— Драко, скажи, что… что мы делаем? — наконец шокировано выговорил гриффиндорец.

— Мы целуемся… Точнее, я тебя целую, а ты изображаешь из себя бревно, — ответил Малфой, погладив брюнета по щеке.

Поттер замер на несколько мгновений, пристально глядя в серые глаза, а потом смежил веки, чтобы сполна насладиться нежданной лаской. Даже легкое прикосновение юноши, которого он любил, приводило его в состояние, близкое к экстазу. Гарри замер, не произнося ни слова, боясь выдать страх, охвативший его.

Несколько мгновений показались обоим вечностью.

— Ну, хорошо, Гарри, я понял, — вздохнул блондин. — Извини, я не должен был этого делать, — добавил он, убирая руку от загорелого лица и отстраняясь.

Гриффиндорец очнулся от своих мыслей: — Нет-нет, Драко, это не то, что ты подумал, — наконец-то смог выговорить он, — Мне очень понравилось, только…, — Гарри отвел взгляд.

— Что? Я ошибаюсь, или идея разделить последний кусочек яблока принадлежала тебе?

— Да, но я не думал…

— Не думал, что я приму твое предложение? И не только приму, но и захочу большего? — в голосе Драко звенели льдинки.

— Драко, извини, я только…

— Что только? Шокирован моей реакцией? По тебе не скажешь. Единственное, чего я не могу понять, что тебе не нравится: то, что я парень, или то, что это именно я? — сухо спросил блондин.

— Что ты говоришь? Я не…

— Ты не хотел, чтобы я поцеловал тебя. Это я уже понял, нет необходимости повторять, — снова перебил его Драко.

— Да нет же! Я хочу тебя больше всего на свете! Бывает, я целыми днями не могу думать ни о чем кроме тебя.

— Гарри, со мной происходит то же самое, — смягчился Драко.

— И тебя это не пугает?

— Пугает и даже очень, но что я могу сделать? Я не хочу от этого отказываться. В жизни было столько вещей, от которых я отказался из-за боязни чего-то или кого-то. Но сейчас я твердо уверен, что вместе нам будет лучше!

— Я не знаю, что делать. Я никогда ни к кому не испытывал таких сильных чувств…

— Сильных насколько, мистер Поттер? — Драко попытался сгладить возникшее напряжение.

— Очень. Невероятно сильных. Я думаю, что я… лю…

Но Драко перебил его, прекрасно понимая, что тот хотел сказать: — Гарри, давай не будем смотреть далеко вперед и будем наслаждаться настоящим.

— Но сейчас не время, — охладил его Поттер.

— Что-о? Ты шутишь? Я тебе нравлюсь, ты мне нравишься, в чем проблема?

— Ты сейчас эмоционально измотан, и я не хочу пользоваться твоим состоянием.

— Гарри, ты уже должен был хорошо узнать меня — воспользоваться мной не так-то просто.

— Но иногда в чрезвычайных обстоятельствах мы невольно выбираем легкий путь или чувства, которые в данный момент нам кажутся правильными.

— Мой случай совсем другой, уверяю тебя. Мои чувства не зависят от того, в каких обстоятельствах я оказался. И это вовсе не благодарность тебе за то, что ты сделал и продолжаешь делать для меня.

— Но у тебя сейчас другое на уме, — прошептал Гарри, опуская взгляд.

— Эй, перестань додумывать за меня! — воскликнул Драко, коснувшись подбородка брюнета в попытке поймать взгляд изумрудных глаз. — К тому же мне нравится думать о тебе, — прошептал он, целуя Гарри в кончик носа.

— Ну да, как об одном сплошном разочаровании.

— Святые небеса, Поттер, вот уж не думал, что ты такой пессимист! Поверь мне, если бы все мои разочарования были такими как ты, я хотел бы разочаровываться чаще.

— Пожалуйста, будь серьезней! — воскликнул гриффиндорец.

— Да я серьезен дальше некуда! — решительно перебил его Драко. — Я все еще не убедил тебя? Я без ума от тебя, я ревную тебя до умопомрачения, я реагирую на все, с тобой связанное, в силу моего характера, и потому что ты будишь во мне такие чувства. И чем лучше я узнаю тебя, тем сильнее меня к тебе тянет. Я знаю, что это звучит дико: Драко Малфой влюблен в Гарри Поттера. Но это правда!

— Что ты сказал? — ослабевшим голосом спросил Гарри.

— Когда? — осекся Драко. — Я много чего говорил.

— О том, что происходит между Гарри Поттером и Драко Малфоем, — брюнет с трудом сглотнул.

Малфой ласково улыбнулся и, глядя прямо в глаза гриффиндорцу, четко произнес: — Я влюблен в тебя!

Гарри приоткрыл рот от изумления не в силах поверить своим ушам. Он тщетно пытался вымолвить хоть слово, но Драко опередил его: — Я влюблен в особенного человека, не в его славу, а в его глаза, дарящие надежду, в его сексуальный рот, зовущий к поцелую, в его характер, сильный и сдержанный, но при этом нежный и понимающий. Я люблю его взъерошенные волосы и ямочку на щеке, которая появляется, когда он улыбается. Я обожаю его, когда он притворяется равнодушным, хотя на самом деле до смерти смущен, и от всей души надеюсь, что он разделит мои чувства, потому что его присутствие сделало мою жизнь такой прекрасной.

На этих словах Гарри не выдержал и, в мгновение ока преодолев разделяющее их расстояние, обнял блондина и прижался к его губам в страстном поцелуе. Драко мысленно улыбнулся и сильнее прижал гриффиндорца к себе, углубляя поцелуй.

— Ты правда так думаешь? Ты… Я… Мы..?

— Если это бормотание означает предложение встречаться, то ответ однозначный «Да!», — между поцелуями ответил Драко, лаская руками спину Гарри.

— А что скажут остальные? — простонал брюнет, тая под поцелуями.

— Да плевать мне на остальных! Меня волнуешь только ты и то, каким сексуальным ты сейчас выглядишь.

— Не больше, чем ты, — еле выговорил Гарри. Поцелуи, которыми Малфой осыпал его шею, сводили с ума.

— Скажи, ты когда-нибудь думал о нас как о паре? — спросил слизеринец, прерывая сладкий диалог, который вели их языки.

— Да, и не раз. Хотя надо признать, что я в своих мыслях зашел несколько дальше. Если честно, ты мне больше чем просто нравишься. Я так часто думал о тебе, что иногда просто начинал задыхаться от своих чувств.

— Похвально!

— Особенно, если знать, что заставило меня признаться.

— Ладно, скажи, ты думал о том, чем займешься после школы?

— Нет. Знаю только, что перееду от Дурслей на Гриммуальд-Плэйс. Сириус оставил мне в наследство свой дом. А потом, наверное, подам документы в Аврорат. А что?

— Да так просто, — ушел от ответа Малфой.

— А ты? Чем хочешь заняться? — в свою очередь спросил Гарри, аккуратно убирая светлую прядку с лица слизеринца.

— Я? Без понятия. Всего пару недель назад я думал, что стану Пожирателем, а потом моя жизнь благодаря тебе резко вильнула в сторону. Сейчас я знаю только, что не хочу потерять тебя.

— Почему ты должен потерять меня?

— Это ты мне скажи. Всего несколько минут назад ты не отвечал на мой поцелуй, — пожал плечами Малфой.

— Туше!

— Да, я не знаю, чем буду заниматься в будущем, но в одном я уверен: я не позволю одному ублюдку испортить мне жизнь, даже ценой наших отношений. Как бы плохо при этом мне не было, — грустно продолжил Драко, посмотрев в глаза Гарри.

Тот почувствовал, как болезненно сжалось сердце после этих слов: — Не говори так даже в шутку!

— Гарри, пообещай мне, если когда-нибудь…

— Нет, — гриффиндорец вскочил и заметался по комнате, — не хочу даже слышать об этом!

— Но мы не можем сбрасывать такой вариант со счетов.

— Я даже думать об этом не хочу!

— Но об этом нужно думать! Если нам не удастся противостоять Люциусу, ты знаешь, что меня ждет.

— Не говори так, ты знаешь, что я этого не допущу! — в голосе Гарри звенела сталь.

— Гарри, пообещай мне, если он все же добьется своего, и я стану Пожирателем, то ты найдешь меня и убьешь, — попросил Драко, серьезно глядя в зеленые глаза.

— Что-о? — Гарри ошеломленно замер, прекратив метаться по комнате.

— Поклянись, что не позволишь мне превратиться в убийцу. Я предпочту смерть…

— Не надо! Ничего с тобой не случится! Я не позволю!

— Умоляю тебя, сделай, как я прошу! Для меня очень важно знать, что ты в самом худшем случае освободишь меня!

— Конечно, Драко, но…

— Поклянись! Я знаю, что могу доверять твоему слову. Я понимаю, что мы не настолько близки, как ты и Уизли, но ты все же неравнодушен ко мне. Пообещай, Гарри, что не позволишь мне стать убийцей!

— Те чувства, который я испытываю к Рону, совсем другие.

— Я знаю, — разочарованно сник блондин.

— Ты не понял, Драко. Мы с Роном друзья, он очень близок мне, но ты… Тебя я… люблю. Я никогда не смогу убить тебя.

— Ты, правда, любишь меня? — голос Малфоя сорвался, и получился какой-то мышиный писк.

— Конечно, я люблю тебя, и уже давно, даже если я боялся признаться в это самому себе, — прошептал Гарри, утопая в глазах цвета осеннего неба.

— Как прекрасно слышать это, — взволновано сказал Драко.

— Как прекрасно иметь возможность признаться тебе в этом, — ласково улыбнулся Поттер.

— А что, ты боялся, что я побью тебя? — к Драко вернулась привычная ехидная манера разговора.

— Ненормальный! Не хотелось бы напоминать тебе, но наши отношения до недавнего времени ограничивались лишь оскорблениями и стычками и последними твоими «ласковыми» словами было сожаление о том, что я не умер одной памятной ночью шестнадцать лет назад.

— Мы все говорим глупости, когда злимся, — смутился светловолосый юноша. — На самом деле я так не думаю. Просто я обвинял тебя в событиях, перед лицом которых оказался бессилен.

— Не переживай, зато у меня плечи широкие, — подмигнул ему Гарри, — просто так обстоятельствам не поддамся.

Драко улыбнулся: Гарри окружала аура такой безыскусной чувственности, что дух захватывало. Смесь застенчивости и доброты с отвагой и решительностью сводили с ума. Чем больше Драко смотрел на Гарри, тем меньше у него оставалось сил сопротивляться этому взрывоопасному коктейлю эмоций.

Брюнет поймал выразительный взгляд слизеринца: — В чем дело?

— Я очень хочу поцеловать тебя. Можно? — вопросом на вопрос ответил Малфой.

— Не просто можно, а нужно, жизненно необходимо, — ответил Гарри.

Драко нежно заключил его лицо в ладони и начал покрывать легкими, как крылья бабочки, поцелуями: лоб, глаза, щеки и наконец спустился к припухшим розовым губам.

— Чего ты хочешь? — чуть хрипловато спросил Драко, спускаясь к шее брюнета.

— А ты? — глаза Гарри были закрыты, он полностью отдался искусным поцелуям слизеринца.

— Угадай, — фыркнул тот, подталкивая гриффиндорца спиной к широкой постели.

— Спать? — предположил Гарри, улыбаясь Малфою в губы.

— Позже, возможно, — ухмыльнулся блондин.

— Поболтать? — брюнет почувствовал, что уперся в кровать.

— Холодно! — ответил блондин, толкая его в грудь.

— Может, ты хочешь сделать мне массаж? — предположил Гарри, падая на покрывало.

— Надеюсь, им мы не ограничимся, — последовал уклончивый ответ коварного слизеринца, достойного наследника славного рода Малфоев, который опустился сверху и вернулся к прерванному падением на кровать занятию, а именно, игривому покусыванию шеи гриффиндорца.

— Тогда я понятия не имею, чем бы тебе хотелось заняться, — пролепетал Гарри между стонами, чувствуя, как нарастает в нем неконтролируемая дрожь возбуждения.

— Если хочешь, я могу продемонстрировать, — мурлыкнул Драко, легонько проводя пальцем по смуглой щеке и останавливаясь на губах.

— И как же? — голос Гарри стал прерывистым и хриплым. Он чувствовал, что уже перешел рубеж, из-за которого нет возврата.

— Я хочу тебя, Гарри, — жарко выдохнул ему в ухо Малфой.

— Правда? — завороженный, брюнет не мог оторваться от серых глаз слизеринца, полыхавших огнем нестерпимого желания.

— Ты даже не представляешь насколько сильно, — томно ответил тот, кончиком языка обводя влажные розовые губы темноволосого юноши, лежащего под ним, который с трудом ухитрился выговорить нечто похожее на «Покажи мне».

Это бормотание стало разрешением, которого только и ждал блондин.

— С удовольствием! — ответил он.

Возникшее между ними чувственное напряжение, казалось, можно было потрогать. Прикосновения становились все более смелыми. Губы Гарри, как заколдованные, снова и снова приникали к губам Драко, впуская его и позволяя завладеть его языком.

— Гарри, — простонал блондин, — помнишь те воспоминания в думоотводе, которые мы смотрели вместе, когда наши копии занимались любовью?

— Еще бы я их не помнил! Ты обвинил меня тогда в том, что я стою и смотрю, вместо того, чтобы сделать что-нибудь, чтобы прекратить это.

— Да, все так и было, но я хочу сейчас сказать, что меня та сцена невероятно возбудила, и я накричал на тебя, только потому, что боялся, что ты увидишь мое состояние, — признался Малфой, заливаясь краской.

— Мне это тоже очень понравилось, — прошептал Гарри. — Но ты видел только одну, а на самом деле там полно подобных моментов… эээ… как бы получше сказать, постельной гимнастики.

— А ты откуда знаешь?

— Нуууу, когда я искал в воспоминаниях твоего отца, мне пришлось просмотреть их все.

— Хочешь сказать, что ты в курсе всех наших постельных предпочтений?

— Наших? Эээ… да, думаю, да, — пробормотал Гарри, смертельно смутившись. — Дело в том, что некоторые моменты были настолько горячими, что…

— Что ты посмотрел их неоднократно, — игриво закончил за него Малфой.

— Все, хватит! — Гарри побагровел.

— Ответь мне, вуайерист ты наш нецелованный, тебе понравилось, как мы это делали? — спросил слизеринец, повергая брюнета в еще большее смущение, хотя казалось, что дальше краснеть уже некуда.

— Малфой! — возмущенно выдохнул тот.

— Давай! Отважься, наконец! В этом нет ничего плохого. Просто ответь: тебе понравилось или нет? — продолжал провоцировать его блондин.

— ДА! — ответил загнанный в угол Поттер. — Очень! Я даже часто представлял нас с тобой на их месте, — добавил он.

— И как это было? — с придыханием спросил Драко.

— Извини? — гриффиндорца насторожил странный блеск серых глаз, и он поспешно выпалил: — Но до ЭТОГО мы не дошли!

— Да ладно тебе! Расскажи мне, — настойчиво потребовал блондин, легко касаясь щеки Гарри и посылая по всему его телу волну восхитительных мурашек.

— Забудь!

Малфой многозначительно улыбнулся краешком рта и снова принялся покрывать шею Гарри легкими поцелуями-укусами, шепча: — Я уверен, что сначала твоя рука шаловливо прошлась по груди, медленно, а потом все смелее и откровеннее, дразня соски и заставляя их затвердеть и сморщиться. Потом она спустилась по животу, очерчивая мышцы пресса…

— Драко… — простонал Гарри, теряясь в ощущениях, которые дарила ему рука блондина, вторившая его словам. — Не надо…

— Ты в самом деле хочешь, чтобы я прекратил, или хочешь услышать, что ты сделал дальше? — с похотливым огоньком в глазах спросил Малфой. Он нагнулся и пошарил рукой по полу в поисках своей палочки, которая обнаружилась под небрежно сброшенной мантией. С ее помощью он избавил темноволосого юношу от одежды. Тот был уже настолько заведен словами светловолосого искусителя, что не оказал ни малейшего сопротивления. — Ммм, молчание — знак согласия, — пробормотал блондин, — очередным поцелуем приникая к розовым губам любовника, который уже не мог сдержать стонов, и, игнорируя его просьбу, продолжил: — Представь только, Гарри, как мы страстно занимаемся любовью у тебя на глазах, и ты слышишь каждый стон, каждый вздох, чувствуешь каждый спазм удовольствия. Все так живо и так реально, что ты невольно становишься участником действа, переживая те же чувства, что и мы, сливаясь и обладая друг другом.

— Мерлин, Драко! — почти закричал Поттер, чувствуя, как блондин медленно спустился и ласкает губами его живот.

— Ты чувствуешь, любовь моя? — шепот лился, воспламеняя и сжигая. — Чувствуешь дрожь наслаждения, волнами омывающую твое тело?

— Да… да… — пальцы Гарри судорожно комкали покрывало.

— Конечно, ты чувствуешь, как и в тот день, когда ты смотрел в думоотвод, и твоя рука торопливо скользнула под резинку боксеров.

С этими словами руки слизеринца потянули вниз трусы Гарри, освобождая трепещущую и жаждущую внимания плоть.

— О да… Драко… даааа, … все так и было… ооо… — простонал брюнет.

— Знаю, любимый, но я не рассказал тебе еще самое интересное, — прошептал Драко, избавляя любовника от последнего предмета одежды, который мешал ему в полной мере насладиться красотой смуглого тела. — Мы любим друг друга, Гарри, возможно, прямо на этой кровати, а ты смотришь... Скажи мне, о чем ты думаешь, когда обхватываешь пальцами свой член? — повторяя рукой то, что облекал в слова.

— ОООО… Драаако… даааа… — закричал Гарри, теряя над собой контроль.

— Скажи! Скажи мне, о чем ты думаешь в этот момент?

— О том, что… оооо… что эта рука... твоя! — Гарри задыхался и с трудом выталкивал слова из горла.

— А может, тебе хотелось, чтобы это были мои губы? — промурлыкал Драко, наклоняясь и заменяя умелые пальцы не менее умелым ртом.

Гарри выгнулся дугой и глубоко со всхлипом вздохнул, когда губы любимого сомкнулись на его члене и задвигались, сводя с ума и приближая его к вратам рая. Видеть Драко, жадно сосущего и лижущего его член, было невероятно возбуждающе, и все попытки Гарри сдержаться и продлить эту сладкую пытку оказались безуспешными. Он излился в жаркий рот блондина, выкрикивая имя своего мучителя.

Удовлетворенный результатом своих действий, Драко вытянулся рядом с Гарри, приникая к нему в поцелуе и позволяя ощутить на губах собственный пряный вкус. Светловолосый юноша поймал себя на мысли, насколько сильно ему хочется заставить свое зеленоглазое счастье капитулировать снова.

— Это было чудесно, — расслабленно прошептал Гарри, обнимая его.

— Как, мистер Поттер, вы хотите ограничиться такой малостью? — лукаво спросил Малфой

Гарри улыбнулся в ответ и рывком перевернулся, оказавшись сверху: — Нет, но сейчас главным буду я!

Драко удивленно посмотрел на него, а потом ему стало интересно увидеть смущающегося гриффиндорца в роли опытного соблазнителя.

Поттер с удовольствием поймал любопытный взгляд Драко и пояснил: — Знаешь, другой Драко просветил меня насчет вещей, которые тебе нравятся больше всего.

— Правда?

— Да, и сейчас я хотел бы проверить его слова на практике, — пробормотал Гарри, легонько покусывая подбородок блондина.

Потом он, не церемонясь, сорвал с Малфоя свитер и рубашку, а несколько минут спустя та же участь постигла и брюки.

Дата добавления: 2015-09-29; просмотров: 3 | Нарушение авторских прав

  • Фантомное раскачивание
  • Задание на сегодня. Итак, постарайтесь подавить в себе критику и развить позитивное отношение к
  • НАДЛЕЖАЩЕГО ИСПОЛНЕНИЯ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ 4 страница
  • P „S„u„~„u„z
  • Послесловие автора 10 страница
  • Духовные слабости и оскорбления
  • Косвенные факты о воздействии НЛО на время
  • Теория и практика жиросжигания 3 страница
  • A. INTENTIONAL MIXING OF THE STYLISTIC ASPECT OF WORDS
  • Статья 302. Твердые и шламообразные промышленные отходы, размещение которых запрещается на полигонах, предназначенных для размещения твердых бытовых отходов
  • Выпрямительные устройства с бестрансформаторным входом. Область применения, структурные схемы. Сетевой выпрямитель и входной сглаживающий фильтр.
  • Еще одна возможность—детальнее проработать конкретную область. Например, можно взять зубочистку и выбирать маленькие точки в небольшой области, может быть, вокруг раны.
  • XXX. 1706 г. Краткое описание московской миссии и ее настоящего положения до 1706 года.
  • Лечение. « Не подлежит сомнению, что гипертоническая болезнь излечима
  • Дефекты отделки
  • ДЕМОНЫ И МОНСТРЫ. одел его, чтобы остаться неузнанным и испугать кого-то
  • ГЛАВА 7. Лорд Фрэнсис Неллер действительно был в городе
  • Простейшие согласующие цепи
  • В 2007 году Ивану Антоновичу Ефремову исполнилось бы 100 лет. 9 страница
  • Часть 2. Ширай подумала: «В сущности, положение сейчас исключительно простое».