Исцеление души 21 страница

Загнанные, все в пене, кони прибыли к стенам дворца. Император тут же раздал указания о повышение охраны замка, а сам, схватив Викторию за руку, направился в свой кабинет.

Ему хотелось срочно выпить! Никогда Элестэй не думал, что с ним приключится такое. Оставив Викторию, и выгнав стражей, он достал из бара, спрятанного за картиной, бутылку красного вина.

- Хочешь? - Спросил Викторию император, открывая вино и разливая его по бокалам. Девушка отрицательно покачала головой, но Элестэй все равно всучил ей бокал и сам стал жадно пить, подходя к окну. Выпив, он налил еще, плюхаясь в кресло, что стояло у столика с бутылкой. Императора одолевали тревожные мысли. Возможно, он поступал глупо бездействуя. Но он отправил Тиманэша и был уверен, что маг, отличаясь редким военным чутьем и сам разрулит проблему. Это был всего лишь маленький заколот, однако императора возмущал тот факт, что он состоялся в столице, на его глазах! Такого безрассудного бесстрашия - отчаяния? - он еще не видел! Неужели все так плохо? Но где он допустил ошибку!..

Почему? Почему люди так повели себя? Разве он плохой правитель? Он все делает для Империи! Даже больше, нежели настоящий император. Нет, он настоящий! Он отвоевал себе это право! Он заслужил, ведь так долго к этому шел. Даже его жестокий отец, который всегда упрекал его в глупости, не смог достичь того, чего достиг он - Элестэй фирэ Данган. Все его боятся! Империя стала могущественной и процветающей под его руководством. Так почему его так не любят?

Он потянулся, чтобы налить еще вина, но его остановила Виктория, которая накрыла своей ладонью его руку.

- Тебе не стоит больше пить, что о тебе скажут твои подданные?

Элестэй посмотрел на нее, словно только что видя.

- Виктория, - император запнулся, не зная, что сказать. Взяв ее руку, он поднес к губам, целуя. На его глазах выступили слезы и он, становясь на колени, обнял ее, прижимаясь лицом к животу. Девушка не зная, как реагировать, замерла, утешающе запуская руки в его волосы.

- Ты... ты спасла мне жизнь! Я... я.. Я безмерно благодарен тебе! - Он посмотрел на нее, пронизывая взглядом, словно пытаясь понять ее поступок. - Но зачем?

- Что? - Не поняла девушка.

- Ты ведь ненавидишь меня. Зачем спасла? - В его вопросе можно было услышать отголоски дикой надежды. Виктория не знала, что ответить. Сейчас император напоминал маленького ребенка.

- Это не имеет сейчас значения, - тихо отозвалась она, не желая врать. - Я только прошу собраться и взять себя в руки. В конце концов, ты действующий император!

- По-моему этим людям наплевать! - Огрызнулся Элестэй, поднимаясь на ноги.

- И все-таки сейчас много людей умирает ради тебя! - Викторию захлестнула злость, и она испытывающие посмотрела на императора. Если он сейчас опустит руки, то это грозило крахом. Элестэй и сам осознал свою ошибку. Лукаво улыбнувшись, он торжественно поклонился Виктории.

- Был не прав, моя леди, я повел себя неподобающе и как мужчина, и как император! - Данган поцеловал ее руку, направился в сторону двери.

- Обеспечьте ей достойную охрану! - распорядился он стражам и сам ушел, оставляя девушку одну, которую тут же окружили солдаты, велев следовать за ними в более безлопастное место.



Викторию привели в какую-то темную комнату и выделили молчаливую охрану. Как девушка не пыталась, они ничего ей не сказали, кроме дежурной фразы 'Не положено'. Пришлось ждать императора. Первый раз Виктория испытала волнение за Элестэя, хотя и он не заслуживал этого. Возможно, причина была совсем иная, однако сердце не хотело униматься. Ей было очень страшно! А что если повстанцы не так слабы, как ей казалось? Вдруг история о наследнике правда? Как бы то ни было бунт в городе, хоть и столицы не мог нанести большого удара по Империи! Разве что только задеть самолюбие Дангана и сделать его еще более требовательным и жестоким. Теперь император точно забросит свое легкомыслие и уже не допустит врагу подобраться так быстро.

Виктория вдруг ясно осознала - это был единственный шанс убит императора! Да, могут быть еще, но теперь он будет готов. Дэйнис никогда ее не простит!..

Глава 29

Элестэй фирэ Данган собрал срочный совет на следующий день. Бунт в столице был быстро подавлен, а все кто стал на сторону мятежников тут же казнены. К разочарованию императора военачальник, отвечающий за подавление, сообщил, что многим повстанцам все же удалось скрыться в неизвестном направление. Человек, совершивший замах на Элестэя, тоже был не найден. Что дало повод предположить, что на их стороне выступают маги.

Тиманэш, который изучил все факты, заявил, что места для паники нет. На стороне повстанцев был алхимик, и, зная их особенность, он может атаковать лишь в шумных местах, так как для его формул нужно время. И вряд ли такое повторится, учитывая, что теперь будет вестись дополнительная осторожность. Это немного подбодрило Дангана, однако один из советчиков принес нелестную весть.

Королевства Намессия, Сальсона и Ватаск объявили о союзе и выступили против Антэайской Империи, захватив в плен колонию Аланию, тем самым прекратив поставки золота, а также перекрыли все торговые пути. Но это было не единственное потрясение - судна, везущие поставки угля и оружия с дальних колоний, были захвачены. И если уголь был для Антэаи не проблемой, то на оружейном производстве Изаны держалась вся имперская армия. Конечно, колонии захвачены не были, но оказались в оккупации, что нисколько не смягчало положение. Имея морское преимущество, Намессия полностью запретила суднам Антэайской Империи пересекать ее морские границы.

- Значит, доставляйте груз через Инмэну! - Вспылил император, смотря на своего советника.

- Увы, это невозможно, - Тиманэш тяжело вздохнул. - Как только Агардий узнал о том, что между Империей и Тройным союзом, как они себя назвали, началась война, то сразу объявил нейтралитет и заявил, что не хочет поддерживать ни одну страну. Каждый, кто войдет на его территорию будет подвержен атаки и неважно с какого он государства.

Элестэй в негодовании ударил кулаком по столу, упав обратно на стул. Он не ожидал, что маленькие страны ополчатся против него, а его союзник в нужный момент уйдут на задний план.

- Но у нас мирный договор, напомни ему! - Прошипел Элестэй.

- Да, как и у него с Сальсоной. Он не будет портить отношение ни с какой из стран. - Констатировал Тиманэш.

- Тогда зачем такой союз!? - Вспылил император.

- Ваше Величество, портить отношение с Инмэной нежелательно, пока мы не разберемся с Тройным союзом. - Вставил слово Лез, военный советник императора. Данган и сам понимал, что слова Леза правильны. Лучше пускай Инмэна держит нейтралитет, чем ополчиться против него!

- Первым делом нужно разбить и захватить Инмэну, ее географическое положение важно для нас. - Смерив пыл, приказал император. - Также обеспечьте остальные колонии должной охраной и заключитесь поддержкой со странами Фэлии и Литты, пока мы еще можем надавить на них. Если они узнают о нашем неблагоприятном положении, то могут стать на враждующую сторону. Потрудитесь, чтобы как можно меньше людей знало о наших потерях!

- Слушаюсь! - Отвечающий за дипломатию советник Сэрий поднялся с места, поклонившись. - Будет еще распоряжения?

- Пока нет, - покачал головой Элестэй. - Шли гонцов!

Советник удалился и Данган надолго впал в состояние отрешенности, думая о случившемся. Связан ли как-то бунт в его столице с объявлением войны? Как-то легко они совпали вместе. Отвлекающий маневр? Его Империя дала трещину и это как-то просекли другие страны? Вряд ли это назовешь спонтанным решением...

Раздав приказы, в основном касающиеся военной стратегии, разбитый Элестэй направился к Виктории. С того дня он ее не видел, девушка должно быть волновалась и хотела узнать, как обстоят дела.

Как только бунт был подавлен, и угроза миновала, Викторию перевели в ее покои. Под дверью дежурила усиленная охрана, которая везде следовала за менестрель, если той было угодно выйти. Но это было редкостью - девушке запретили выходить на улицу, или как-то еще покидать приделы замка. Более того, для лучшей безопасности еду ей теперь тоже приносили в ее покои. Виктории совсем не нравился сей факт, он ее пугал. Неужели все так плохо?

Когда на пороге ее спальни возник Элестэй, она первый раз обрадовалась его приходу.

- Как там дела? - Девушка тут же кинулась к императору, приблизившись к нему, ожидая подробностей.

Вид у Элестэя был неважным, что насторожило менестрель. Она даже не стала противиться, когда император, взяв ее за руку, подвел к креслу. Сам присев, он посадил ее к себе на колени, прижимая к груди и долго держа молчаливую паузу. Виктория не знала, как реагировать, просто дала ему успокоиться. Она знала, что рано или поздно он заговорит.

- Мне объявили войну, - просто сказал он, заставив девушку замереть и удрученно посмотреть на императора.

- Кто? - Только и смогла выдавить она. Как это относиться к внутреннему бунту?

Элестэй горько улыбнулся, запрокинув голову назад.

- Бунт был подавлен. Однако покушавшегося на меня, и их стоянки не было найдено. Ко всему этому еще добавились и другие страны, каким-то образом пронюхавшие о нестабильности в Империи.

- Но разве кучка мятежников можно назвать 'нестабильностью'? - Спросила девушка, сама думая о словах повстанцев. Они говорили, что другие страны готовы выказать им поддержку. Неужели наследник Империи все же существует? А еще Виктория ощутила прилив радости - Дэйнису удалось сбежать! Однако веселое настроение быстро пропало, как она вновь взглянула на подавленного императора.

- Все так ужасно? - Сиплым голосом отозвалась Виктория. Элестэй с благодарностью посмотрел на нее, целуя в макушку и любовно проводя по ее щеке ладонью. Ему нужна была сейчас ее поддержка!

- Нет, не так чтобы очень! Моя Империя не падет из-за каких-то трех маленьких королевств. - Усмехнулся император и в его глазах вновь промелькнуло на миг утраченное превосходство.

Виктория скрыла улыбку, наклонив голову, прижавшись к Элестэю. Данган приобнял ее рукой, водя по волосам, опуская в них пальцы. Ему нравилось ощущать девушку рядом с собой, чувствовать ее запах. Сейчас, сидя вот так, с ней на руках, в тишине, ему казалось, будто она любит его. Он вспомнил ее испуганное лицо, когда она упала на него, чтобы заставить уклониться от удара. Спасла ему жизнь. Он обязан ей!

- Виктория, - голос императора поменялся. Девушка уловила в нем отголоски торжественности и волнения. Поднявшись на ноги, Элестэй усадил Викторию на кресло, сам становясь перед ней на одно колено, беря за руки. Менестрель замерла, в какой раз император заставляет ее смущаться и не знать, как реагировать!

- Виктория, - повторил он, почти перейдя на шепот, - ты спасла мне жизнь. Я в долгу перед тобой! Теперь ты вправе просить мен... просить о чем угодно! Я буду обязан исполнить твое желание! - Он говорил, сильно волнуясь, прерывая реплики, чтобы целовать ее руки.

Девушка замерла, поняв его слова. Может, она поступает глупо, но... Должно быть она обязана остаться сейчас с ним! Однако ее долг был совсем другим. Сейчас она должна быть рядом со своей семьей. Отыскать брата, просить прощения и помочь ему разобраться во всем. Сидеть здесь взаперти было слишком беспечно!

- Я прошу дать мне свободу, - она сказала это поникшим, почти неслышным голосом, однако для Элестэя это прозвучало словно гром.

- ЧТО? - Ошарашенный он оторвался от рук, смотря на нее, округлив, словно от ужаса глаза. Он думал, что она поменяла отношение к нему и не попросит этого, но император ошибся...

- Отпусти меня, - снова повторила Виктория, отводя взгляд.

- Не могу...

- Ты обещал! - Сжав кулаки, со злостью посмотрела она на него. Повысила голос, чтобы было не так больно.

Император поднялся на ноги, отворачиваясь.

- Я не могу, - уже более настойчиво ответил он.

- Тогда твое слово ничего не значит! - Девушка вскочила с кресла, сжимая кулаки. Она ведь знала, что так будет, но зачем-то надеялась. Элестэй никогда не держит обещаний, делая только то, что ему выгодно!

- Пойми, - император развернулся к ней, беря за плечи, - я не могу! Это может быть опасно для тебя. Политика сейчас нестабильна...

- Позволь мне о себе позаботиться! - Виктория резко отмахнулась, уходя от его хватки.

- Я не хочу, чтобы тебе угрожала опасность! - Элестэй повысил тон, в его голосе читалось волнение и отчаяние.

- Да зачем я тебе вообще нужна?! - Не вытерпела девушка, выкрикнув. Данган замер.

- А если я люблю тебя? - Тихо спросил он, совсем шепотом. Виктория услышала его и хотела ответить резко, что такой человек не способен на любовь, но смолчала.

- Тогда отпусти меня, - она приблизилась к нему вплотную, так что их тела, отделяемые только одеждой, соприкоснулись. Взявшись за ворот камзола, Виктория заглянула в растерянные глаза Дангана, в молчании прося его.

Элестэй был в смятение. Обещание! Зачем он дал его? Но ведь это его долг! И что, если бы он не спросил, она бы сама не попросила. Исполнить обещание и лишиться ее, не знать, куда заведет ее дорога. Ведь сейчас так опасно! Но она менестрель, музыкант, который, не смотря на политические междоусобицы, всегда остается неприкасаемым в любой стране. Оставалась бы, если бы не получила титул его фаворитки!

Но ей плохо с ним...

- Хорошо, - чуть слышно произнес он, и Виктория замерла, отступая. Ей не послышалось? Неужели она свободна?

- Я отпускаю тебя, - повторил увереннее, разжимая руки, выпуская ее ладони. - Но куда ты пойдешь? Разве тебе не будет безопаснее здесь в замке?

Виктория хотела ответить, что у нее все еще есть брат, но смолчала, так же, как и про то, что его замок давным-давно поднадоел ей!

И все же он отпустил ее! Сердце девушки затрепетало - свобода! Призрачная свобода, но такая сладкая, как что-то тайное и запрещенное!

Она вновь посмотрела на него, на этот раз в серых глазах плескалась радость. Элестэю стало очень больно. Он вдруг понял, что никогда не сможет стать для нее кем-то большим, чем кто?..

Горькая усмешка появилась на его устах от таких мыслей. Он и другом не может быть ей! Она ведь, возможно, и не ненавидит его, но не простила и никогда не простит, чтобы он не сделал. Никогда придворная жизнь подле него не станет мила ей, а его владения - домом. И ему никогда никем не стать для нее.

Но сейчас она счастлива! Счастлива, что свободна. Нет! - что уходит от него!..

- Спасибо!.. - Сказала она, беря его за руки. И он почувствовал этот приятный холод ее ладоней. Виктория была счастлива, а Дангана разбирало отчаяние.

Менестрель привстала на цыпочки, целуя его в щеку, принося еще большую боль императору. Он перехватил ее лицо ладонями, целуя в губы. Сейчас он имеет на это право!

Виктория позволила, а потом просто развернулась и ушла. Девушка не заставила себя долго ждать, боясь, что император передумает, зная его быструю смену характера.

Она не стала набирать много вещей, да и куда ей? Элестэй сам распорядился, чтобы ее снабдили всем необходимым, и настоял взять с собой скрипку. Виктория не стала перечить - это тот подарок императора, который бы она пожелала оставить. С этим инструментом она сроднилась!

На следующее утро девушка собрала небольшую поклажу с вещами и стала прощаться со своими уже бывшими служанками и фрейлинами. Девушки даже расплакались, но были рады за нее. Много шума из этого не делали, Элестэй не хотел, чтобы много людей знало, что Виктория покинула его дом. В душе он очень боялся за ее жизнь и не хотел отпускать.

На пороге врат стоял он и она.

- Прощай, - сказала Виктория, опустив голову и не смотря Элестэю в глаза, она не знала, что говорить. Да и стоит ли говорить? Кем они были? Врагами? Для нее может быть. Для него... для него она так и не поняла, кем была, да и поздно об этом думать!

Он подошел к ней и скупо поцеловал в лоб, словно при благословении. Она натянуто улыбнулась, заглянув ему в глаза на прощание.

Его лицо было спокойным. Ее было слегка грустным, но в душе плескалась трепетная радость. А он... В нем все кричало 'Останься!', 'Останься!', 'Останься!'... И так пока ее образ не скрылся за горизонтом.

А после наступило 'ничего', в душе стало пусто. Зачем, зачем он ее отпустил?! Почему не остановил?..

Но знал, что обещал и выполнит обещание. Он никогда не был надежным человеком и всегда резко мог поменять решение, но не для нее. Ей он обещал...

Глава 30

Уже как двое суток Виктория странствовала по просторам Империи. На ней был неприметный костюм, да и сумка за плечами. Девушка совсем не растерялась, когда оказалась сама, без опеки. Такой ритм жизни был для нее привычным. С пятнадцати лет она стала с гитарой путешествовать, с каждым годом расширяя свои границы.

Чехол со скрипкой она обмотала тканью, чтобы хоть как-то сделать ее нежеланной для воров; и привязала ручку, чтобы можно было носить через плечо. Ранее Виктория никогда не путешествовала с таким инструментом, однако оставить его не смогла.

Что касается денег, то пока они у нее были, играть ей не хотелось. Кто-то мог бы узнать в ее лице фаворитку императора и посчитать, что она сама сбежала. Но пока за неприметным костюмом и плащом никто не догадался, кто перед ним. Правда, в городе она старалась не появляться, побывав лишь раз, разузнать информацию.

Девушка бродила по окрестностям столицы в поисках каких-то сведений о брате, повстанцах и грядущей войне. Элестэй так и не посвятил в суть дела, но как оказалось сам город жил еще не введенье. В столице царил траур по погибшим. Многие семьи потеряли своих близких в той заварушке, инициированной повстанцами. Однако Виктория видела, что многие, хоть и боялись говорить открыто, но были на стороне мятежников, готовые их поддержать.

Виктория хотела найти брата. И это было ее единственной целью. Но факт заключался в том, что прямо спрашивать у людей глупо, а на улице открыто об этом говорить не будут.

Тогда она вспомнила про Мариам. Открыто идти к женщине девушка не хотела. Понимала, что всякое общение с ней может пагубно сказаться на судьбе женщины. Но и другого выхода у Виктории не было.

Прождав пока Мариам выйдет из дому, отправилась за ней. Менестрель перехватила женщину в одном из нелюдных переулков. Схватившись за сердце, Мариам обернулась, но когда увидела кто перед ней, облегченно выдохнула.

- Виктория? Но разве тебя не поймал император? - Удивилась женщина, растерявшись.

- Простите, я не должна была тревожить вас, но мне просто больше не к кому обратиться! - Начала менестрель с главного, но видя недоумение в глазах Мариам, объяснилась. - Император дал мне свободу. Это долгая история и на нее нужно время, я не хочу его забирать у вас ненужными рассказами, просто скажите, где мой брат?

- Твой брат? - Сразу не поняла женщина, а после, догадавшись, ахнула. - Так значит, твой брат все же был среди повстанцев?

- Да! - кивнула девушка. - Вы не знаете, где они сейчас? Я понимаю, что такая просьба сомнительна, но... Но я не могу больше оставаться не введенье! Я слишком волнуюсь за него! - В глазах Виктории читалось отчаяние. Мариам не смогла терпеть ее взгляда, а почему сдалась, говоря:

- Они были вынуждены сменить свою стоянку.

- Где они сейчас и как их найти? - Голос Виктории сразу же стал тихим и сосредоточенным. Однако женщина лишь покачала головой, не сильно расположенная, что-либо говорить:

- Пойми, Виктория, встреча с повстанцами может плохо закончиться для тебя! Все уже видели, как ты спасла императора от смерти. Зачем ты это сделала?

Девушка почувствовала сильное разочарование, исходившее от Мариам к ней. Женщина не могла понять такого предательства, девушка и сама не могла дать точную ему характеристику, однако знала, что делала это ради брата.

- Мой брат - алхимик, - сказала она, чтобы как-то объясниться. - И это он выстрелил в императора. Я боялась, что если он убьет его, то сам лишится жизни, посему отвлекла Дангана.

Мариам выдохнула.

- Так твой брат тот талантливый молодой человек?

- Да. И мне надо найти его!

- Но почему?

- Потому-что он мой брат и я хочу быть с ним! - Несколько раздраженно ответила девушка. Кто эта женщина такая, чтобы решать ей видеть своего брата или нет?

- Пойми, здесь речь идет уже не о братских чувствах, Виктория, а о жизни всей страны! Решается судьба народа...

- Я понимаю и готова, я клянусь, что готова поддерживать брата! - Выкрикнула тихо менестрель, помня еще о нежелательном привлекающем внимания шуме.

- Хорошо, - сдалась мягкосердечная Мариам. - Они перенесли свою стоянку к границе около Намессии, ближе к горам, точно координат не знаю, так что искать их более чем глупо!

- Я думаю, что они и сами меня найдут! - Задумчиво пробурчала Виктория.

- И убьют! - Огрызнулась женщина, искренне переживая за девушку и боясь, как бы ее глупость не погубила ее. Однако перечить ей не могла, а почему распрощалась и ушла, оставив Викторию одну со своими мыслями.

Виктория обзавелась картой и провизией, после чего отправилась в путь. Ход был нелегким, да и опасным. Девушка чувствовала, что грядет что-то ужасное. С чего бы тогда Элестэю так падать духом? Мысли об этом всем не давали менестрель покоя.

Ее путь лежал от одного населенного пункта к другому, и чем ближе она приближалась к границе, тем больше нарастали тревожные чувства. И дело было даже не внутренних ощущениях - нет - села и города, в каких она бывала, распространяли нелестные слухи.

В одном из городов, который Виктория посетила, было развешено объявление о наборе солдат. Все молодые мужчины, начиная с пятнадцати лет, должны были присягнуть на верность Империи и отправиться на войну.

Были случаи, когда молодые люди сбегали, за что им полагалась смертная казнь, как только они будут пойманы. Поговаривали, что многие мужчины искали приюта в ополченческой армии против императора.

На восьмой день пути девушка остановилось в одном из больших городов, граничащим с Намессией. Мужчины города уже покинули свои дома, остались лишь старики. И именно там Виктория услышала об официальном объявлении войны между Империей и Тройным союзом, в который входили такие страны, как Намессия, Сальсона и Ватаск. А это значило, что сейчас на границе было небезопасно...

До Виктории только сейчас дошел весь ужас ситуации! Куда она идет? Вот так бездумно, уперто! Хочет повидать брата? А спросила ли она себя: хочет ли он видеть ее? Конечно, Дэйнис не откажется от сестры, она верила в это! Однако девушка понимала, что будет для него лишь обузой. Да и кто сказал, что она дойдет до него? Ее могут убить солдаты. Вполне реально, что на границе или в горах можно встретить кого-то из вражеских войск. Конечно, она менестрель, что могло помочь ей, ведь никто никогда не спрашивал у них национальности - просто странники, дарящие свою музыку. Но опять-таки, смотря какие попадутся люди и отпустят солдаты, так схватят повстанцы. А они, в отличие от первых, знают, кто такая Виктория и захотят отомстить ей за сорванную операцию. Убьют и Дэйнис так об этом никогда и не узнает!

Но что тогда делать? Девушка брела по узкой дороге, что вела с города до поселков. На душе скребли кошки. Виктория понимала, что окончательно запуталась и не знает, что хочет от жизни.

Хоть и была объявлена война, но в Империи, даже около границы, было спокойно. Войска пока воевали на территории Алании, пытаясь отвоевать ее у Намессии. Велись также морские сражения, по словам всяких путников, чтобы разблокировать изоляцию других колоний.

Девушка понимала всем сердцем, что встреча с повстанцами может стать роковой, но она не могла не думать и не волноваться о младшем брате. Он был слишком молод, в таком возрасте все юноши подвержены идеализму, что могло сыграть с ним злую шутку. Виктория чувствовала за собой долг быть рядом с ним и уберечь от этого! Ее брат ведь даже не знает, что среди их круга есть предатели. Один из них сидит в совете при Вариасе! Виктория должна убедить Дэйниса в том, что Тарес предатель, ведь никто другой ей не поверит больше.

Угнетающие мысли терзали ее, убивали, заставляли нервничать. С каждым новым днем они становились все мрачнее и мрачнее. Бредя по дороге, девушка почувствовала дикую слабость. Голова стала гудеть, а на теле, не смотря на прохладную осеннюю погоду, выступил пот. Виктория хотела рухнуть прямо в лесу, но заметила с горки крыши домов и решила добраться до деревеньки.

Из последних сил, стараясь не обращать внимания на головокружение, менестрель дошла до хаток. Уже было довольно поздно, когда она постучалась в первую попавшуюся дверь. Ей отворила женщина, довольно таки молодая, не смотря на поседевшие волосы.

- Прошу пустить меня на ночлег, - тихо проговорила Виктория, опираясь о косяк двери и склонив голову.

- Что с вами? - Заволновалась женщина.

- Устала с дороги, - ответила девушка, постаравшись поднять голову, чтобы посмотреть в глаза хозяйки дома. Но женщина не успела ничего ответить, так как пришедшая путешественница вдруг закатила очи и потеряла сознание. Испугавшись, хозяйка дома сразу позвала своего мужа, абы тот помог занести девушку в дом.

***

Виктория проснулась утром, обнаружив себя в постели, в импровизированной комнатке, отделенной белой ширмой. Около нее стояли две женщины, одну из которых она вспомнила - хозяйка дома! Теперь девушка припомнила все события и неловко улыбнулась, понимая, какие хлопоты доставила женщине.

- Доброе утро! - Хозяйка приветливо улыбнулась, сложив руки на животе.

- Доброе. Спасибо огромное, что не бросили меня! - Искреннее поблагодарила Виктория, смущаясь за такую слабость. Дорога и мрачные мысли измотали ее, но она все же не понимала, почему настолько сильно. Ей было стыдно и неловко перед женщиной.

- Тебе стало плохо, и я позвала нашу уважаемую знахарку Линдэс, - тут же перешла к делу хозяйка, которая все так же продолжала приветливо улыбаться. Виктория посмотрела на хмурую знахарку и невольно сжалась под ее строгим изучающим взглядом, почему-то создавалось впечатление, что женщина владеет кое-каким и магическим даром, что было не редкостью среди сельских представительниц ее профессии.

- Со мной что-то не так? - Заволновалась Виктория.

- Нет, что ты! - Хозяйка улыбнулась еще шире, прикладывая приятную прохладную руку ей ко лбу. - Радоваться надо, скоро ребенок у тебя будет!

В Викторию словно молнией ударило.

- Что? - Ошарашенно спросила она, не веря.

- Ты беременна, - повторила женщина.

- 'Беременна', - отозвалась Виктория, чтобы понять смысл сказанного. Не может быть! Такого не могло с ней случиться! Она ждет ребенка от... Девушка не могла даже в мыслях признаться себе в том, что совершила.

В такое нестабильное время носить под сердцем ребенка от... императора. Это было самое страшное, что можно было придумать.

Тяжко вздохнув, Виктория села, схватившись от ужаса за голову. Хозяйка заволновалась, положив руку девушке на плечо.

- Ты чего? Это ведь счастье!

- Нежданный ребенок не может быть счастливой вестью, - сухо констатировала до этого молчавшая знахарка, с каким-то презрением и величием смотря на Викторию.

Севшая около девушке хозяйка обняла ее и с недовольством посмотрела на Линдэс. Знахарка лишь пожала плечами, ушла.

- Не важно, что может, и мужа нет, но ребенок это всегда радостная весть! - Попыталась утешить Викторию женщина, обхватив ту за плечи и слегка покачивая, словно дитя.

На глазах менестрель выступили слезы. Как так? Этого просто не может быть! Только не с ней! Только не сейчас!

- Вы не понимаете, - вялым голосом отозвалась она, шмыгнув носом. - Этот ребенок... Его не должно быть...

Виктории нужен был человек, которому нужно было выговориться. От хозяйки исходило тепло и нежность. В такой ситуации это не могло не привлечь девушку, но она понимала, что рассказывать незнакомой женщине все глупо!

- Не вздумай даже лишаться дитя! - Грозно отозвалась хозяйка, заглядывая в глаза Виктории. Девушка во всю уже плакала, но все еще старалась сдерживаться, чтобы не разреветься.

- Он от него... Если кто узнает... Я... Он... - Выдавала она малопонятные обрывки фраз, заставляя женщину непонимающе хмуриться. Однако хозяйка все так же продолжала пытаться утешить девушку, успокаивая ее и говоря, что беременность не так и страшно.

Женщина, наверное, и дальше бы утешала Викторию, но на пороге возник мужчина. Завидев его, менестрель испуганно отстранилась к стеночке. Этот человек вызывал в ней неприятные чувства, что-то нехорошее было в его глазах.

Он позвал за собой хозяйку, и та вынуждена была оставить Викторию саму. Как только его жена вышла, мужчина смерил девушку пронзительным взглядом и сам последовал за ней.

Менестрель осталась сама с собой, наедине со своими переживаниями. Слезы перестали литься из глаз, но на душе легче не стало. Она понимала, какую с ней злую шутку сыграла судьба. Имея 'клеймо' фаворитки, девушка теперь обзавелась еще одним - ребенком. И не просто ребенком, а наследником императора. Все знают, что у Дангана не было детей, из-за своей беспечности он все откладывал такой важный союз, как брак. А если у императора нет законной супруги, то все дети от официальной фаворитки могут считаться наследниками и претендовать на трон!

Если кто узнает, что она носит ребенка от Элестэя, если узнают в ней фаворитку, то все пропало...

Виктория вновь схватилась за голову. Теперь ее спутанный клубок ниток стал куда больше. Она даже забыла про брата, настолько была шокирована нежданной вестью. Девушка просто не знала, как дальше жить.

  • Порядок выполнения задания. 1. Откройте ранее созданную базу данных БОЛЬНИЦА, выполнив двойной щелчок на требуемом
  • Захисні заходи
  • Двадцать восемь лет
  • - Вставай, вставай, вставай!!! - 55 страница
  • Расчет на контактную прочность при действии максимальной нагрузки
  • Несподiванi Iгор, Валька та iншi 6 страница. Курка гребеться.
  • ЦЕЛИ И ЗАДАЧИ КУРСА
  • I.I. «Вы одержали Победу и вы живы.
  • Ядерный терроризм.
  • Мефистофель. Я в оконной амбразуре
  • БРОНХИАЛЬНАЯ АСТМА
  • ПЕНСИОННОЕ ЗРЕНИЕ
  • регистрацияSwitch to English 3 страница
  • Две девочки-подростка — одна из благополучной семьи, другая из проблемной — случайно оказались соседками по улице и даже не предполагали, что их знакомство перерастет в дружбу, которая продлится 21 страница
  • Налог на недвижимость
  • Это мир магии и науки, где соединилось все лучшее из той и другой области. Ученый, который пытается доказать, что привидения явь? Обычное дело. Девушка, изучающая боевую магию для защиты от 11 страница
  • Глава 5. ДРАМА ЖИЗНИ
  • Но так как не был официально избран, то, как следствие устроил раскол на Украине.
  • Проектирования. Временное приложение следует ограничивать одним окном и одним представлением.
  • ИСТОРИЯ ВСЕМИРНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 75 страница