Маргарет Уэйс, Трейси Хикмэн 4 страница

Танис быстро поглядел на дверь, благо он сидел как раз напротив нее. И волосы шевельнулись на голове: он мог бы поклясться, что они заперли дверь и заложили засов… Но что за напасть? Она была чуть-чуть приоткрыта!

– Дверь! – шепнул он. – Карамон…

Воитель уже стоял у входа, прижавшись спиной к стене, готовый сражаться.

Снаружи прошлепали шаги и остановились у порога.

– Именем Искателей, откройте!

Гоблины начали лупить в дверь и удивленно остановились, когда она отошла внутрь.

– Никого, – проговорил один. – Пошли дальше.

– Никакого воображения у тебя. Грум, – сказал другой. – Неужели не ясно, что здесь можно разжиться парой монет?

В дверь просунулась гоблинская голова. Взгляд ее остановился на Рейстлине, который спокойно сидел, прислонив свой посох к плечу.

– Ого! Смотри-ка, что я нашел! Посох! – Глаза гоблина разгорелись. Он шагнул к Рейстлину, его напарник двигался следом. – А ну, дай сюда посох!

– Держи, – прошипел маг, протягивая стражнику посох. – Ширак!

Хрустальный шарик ярко вспыхнул. Гоблины хором взвизгнули и зажмурились, нашаривая мечи. Тут из-за двери выскочил Карамон, сгреб обоих за шеи и стукнул головами. Два вонючих тела осели на пол и остались лежать.

– Убил? – спросил Танис. Карамон нагнулся, осматривая стражников при свете посоха Рейстлина.

– Боюсь, что так, – вздохнул богатырь. – Слишком крепко я их приложил.

– Все один к одному, – сказал Танис угрюмо. – Укокошили еще двух слуг Теократа, и теперь он уж точно натравит на нас весь город. Так что тихо пересидеть несколько дней не получится. Надо убираться отсюда! И лучше будет, если вы двое отправитесь с нами, – повернулся он к варварам.

– Хотя не вполне ясно, куда мы идем, – проворчал Флинт раздраженно.

– Куда, кстати, вы направлялись? – спросил Танис Речного Ветра.

– В Гавань, – ответил тот нехотя.

– Мы слышали о тамошних мудрецах, – сказала Золотая Луна. – Мы надеялись, они разберутся с этим посохом. Видите ли… песня, которую я пела… все так и было на самом деле: голубой жезл спас нас обоих и…

– Ты расскажешь об этом немножко попозже, – прервал ее Танис. – Когда выяснится, что стражники пропали, все гоблины, сколько ни есть их в Утехе, полезут на деревья… Рейстлин, погаси свет.

– Думак, – произнес тот. Хрустальный шарик моргнул и стал темен.



– Что делать с этими? – спросил Карамон, толкая носком сапога мертвого гоблина. – И как быть с Тикой? Не попала бы она в беду из-за нас!

– Оставим их здесь. – Танис соображал напряженно и быстро. – Изрубим дверь. Ты, Стурм, переверни стол, пусть все выглядит так, как будто сюда сначала вломились, а потом еще и дрались. Тогда на Тику не падет особого подозрения… Она девушка умная, выкрутится как-нибудь.

– Надо запастись едой, – заметил Тассельхоф. Побежал на кухню и принялся шарить по полкам, запихивая в свои сумки и сумочки все, что выглядело съестным. Обнаружив бурдючок вина, он вручил его Флинту. Стурм опрокинул стол и несколько стульев. Карамон уложил мертвых гоблинов таким образом, чтобы ни у кого не осталось сомнений – они умерли в жестоком бою. Двое варваров стояли у гаснущего очага, нерешительно поглядывая на Таниса.

– Ну так что? – спросил Стурм. – Идем? И если идем, то куда?

Танис призадумался, взвешивая разные возможности. Жители Равнин явились с востока; если они говорили правду и их племя действительно пыталось с ними разделаться, их в ту сторону и калачом не заманишь. Можно было отправиться на юг, в эльфийское королевство… но туда почему-то не хотелось самому Танису, хотя это была его родина. К тому же он знал, что и эльфы не слишком обрадуются, увидав в своем потаенном городе незваных гостей.

– Пойдем на север, – сказал он наконец. – Проводим этих двоих до ближайшего перепутья, там и решим, как быть дальше. Если захотят, пускай отправляются на юго-восток, в Гавань. Что до меня, я хотел бы побывать на севере и самолично проверить все эти слухи об армиях, которые там собираются.

– И, быть может, нечаянным образом встретиться с Китиарой… – шепотом поддразнил его Рейстлин.

Танис почувствовал, что краснеет.

– Нет ли у кого возражений? – спросил он, обводя взглядом лица друзей.

– Ты среди нас не самый старший, но в мудрости тебе не откажешь, – проговорил Стурм. – Мы пойдем за тобой – как всегда!

Карамон кивнул. Рейстлин уже двигался к двери. Флинт, бурча себе под нос, взвалил винный мех на плечо.

– Спасибо вам, – медленно произнесла Золотая Луна. Казалось, она не привыкла благодарить. – Вы рискуете жизнью ради нас, чужаков.

Танис улыбнулся и сжал ее руку.

– Я – Танис, – сказал он. – Близнецов зовут Карамон и Рейстлин. Рыцарь – Стурм Светлый Меч. Флинт Огненный Горн несет бурдюк, а Тассельхоф Непоседа – наш специалист по замкам. Ты, как я понял, – Золотая Луна, а он – Речной Ветер… Вот мы больше друг другу и не чужаки.

Устало улыбнувшись. Золотая Луна ласково погладила его по плечу и пошла к двери, опираясь на посох. Священный жезл вновь казался совершенно обычным и притом деревянным. Танис проводил ее глазами, потом встретился взглядом с Речным Ветром. Темное лицо варвара было замкнутой непроницаемо, как маска. «Что ж, – мысленно поправился Танис, – некоторые из нас больше не чужаки».

Вскоре комната опустела, лишь Танис чуть-чуть задержался, оглядывая разгромленную гостиную и трупы гоблинов. Вот вам и возвращение к мирному очагу после нескольких лет нелегких и одиноких дорог. Танис вспомнил свой собственный уютный маленький домик и подумал о том, сколько всего он собирался предпринять… предпринять вдвоем с Китиарой. Долгие зимние вечера, рассказы и разговоры у огня в «Последнем Приюте»… а потом они шли бы домой, забирались под меховое одеяло и, беспечно смеясь, любили друг друга, а наутро не спешили вставать, только смотрели, как за окном падает снег…

Танис наподдал ногой еще тлевшие головешки. Китиара не явилась на встречу. Его тихий маленький город заполонили гоблины. А сам он удирал в ночную тьму, спасаясь от оравы религиозных фанатиков… и было куда как похоже, что возвращаться ему навряд ли придется.

Эльфы не замечают, как течет время. Их жизнь измеряется сотнями лет. Смена времен года для них – что ведро или дождь. Но Танис был наполовину человеком. И он чувствовал: грядет какая-то перемена. Им владело неясное беспокойство, словно перед грозой.

Глубоко вздохнув, он встряхнулся и вышел за порог, оставив разбитую дверь болтаться на уцелевшей петле.

5. ПРОЩАЙ, УТЕХА! ЛЕТЯТ СТРЕЛЫ. ЗВЕЗДЫ ПОДАЮТ ЗНАК

Перемахнув через перила, Танис быстро спустился наземь по древесным ветвям Остальные ждали его, прячась в темноте, подальше от света уличных фонарей, покачивавшихся на валлиновых сучьях высоко над головами. Поднимался ветер – холодный, пронизывающий северный ветер. Оглянувшись, Танис увидел движущиеся огоньки. Он натянул на голову капюшон и поспешно зашагал вперед.

– Ветер переменился, – сказал он. – Как бы дождь к утру не пошел.

Фонари беспорядочно раскачивались и плясали, бросая на маленький отряд странные и жутковатые отсветы. Усталость наложила печать на лицо Золотой Луны. Речной Ветер держался стоически, но и его плечи поникли. Рейстлин прижимался к стволу, дрожа всем телом и трудно, хрипло дыша.

Танис нахохлился на холодном ветру.

– Надо найти укрытие, – сказал он. – Надо передохнуть.

– Танис, – Тас потянул его за плащ. – Озеро Кристалмир совсем рядом. Можно отыскать лодку и переправиться. На том берегу есть пещеры, да и назавтра придется меньше идти.

– Отличная мысль, Тас, но где мы раздобудем лодку?

– Не вижу никакой трудности, – ухмыльнулся кендер. Мальчишеская рожица и заостренные ушки придавали ему в мечущемся свете фонарей особенно проказливый вид, и только тут до Таниса дошло, что Тас безмерно наслаждался всем происходящим. Ему захотелось взять кендера за шиворот, хорошенько встряхнуть его и втолковать, в какое отчаянное положение они угодили. Но полуэльф знал, что это совершенно бесполезно. Чувство страха кендерам было абсолютно неведомо.

– Отличная мысль, – повторил Танис после некоторого раздумья. – Давай веди. Только не вздумай, – добавил он, – заранее говорить Флинту про лодку. Оставь это мне.

– И верно, – хихикнул Тас и обратился к остальным: – За мной! – позвал он негромко и устремился вперед. Флинт, бурча в бороду, зашагал следом. Золотая Луна пошла за гномом. Речной Ветер обвел всех спутников быстрым пронизывающим взглядом и двинулся за ней, держась на шаг позади.

– Не доверяет он нам, – заметил Карамон.

– А ты доверял бы на его месте? – спросил Танис, покосившись на богатыря. Драконий шлем Карамона поблескивал в неверном колеблющемся свете, ветер раздувал его плащ, открывая кольчугу. О мускулистое бедро терся длинный меч, на плече висел короткий лук и колчан стрел, у пояса торчал кинжал. Щит хранил следы множества битв… Одним словом, великан был готов ко всему.

Танис перевел взгляд на Стурма, с гордостью носившего герб рыцарства, впавшего в немилость триста лет назад. Стурм был всего на четыре года старше Карамона, но суровая и строгая жизнь, усугубленная нищетой, а паче всего горестные поиски любимого отца преждевременно состарили Стурма. В двадцать девять лет он выглядел на все сорок.

«Нет, – подумалось Танису. – И я такой компании не стал бы доверять.»

– Каков план действий? – спросил Стурм.

Танис ответил.

– Поедем на лодке.

– Хо-хо! – развеселился Карамон. – Ты уже обрадовал Флинта?

– Нет еще. Не вздумай сказать ему. Я сам.

– Где же мы возьмем лодку? – спросил Стурм подозрительно.

– Не думаю, что тебе обязательно об этом знать, – сказал полуэльф.

Рыцарь нахмурился. Он следил глазами за кендером силуэт которого мелькал довольно далеко впереди, то пропадая в тени, то вновь появляясь.

– Не нравится мне все это, Танис. Сперва мы стали убийцами, а теперь, того и гляди, станем еще и ворами.

– Ну, я себя убийцей не числю, – фыркнул Карамон. – Гоблины не считаются!

Танис заметил свирепый взгляд, которым рыцарь наградил Карамона.

– Мне это нравится не больше, чем тебе, – сказал он поспешно, надеясь предотвратить спор. – Боюсь, однако, другого выхода у нас попросту нет. Посмотри на варваров – на одной гордости держатся. А Рейстлин?..

Маг еле тащился, шурша палыми листьями, тяжело опираясь на посох и стараясь держаться в тени. Сухой кашель без конца сотрясал его тщедушное тело.

Карамон потемнел лицом.

– Танис прав, – сказал он негромко. – Рейст так долго не выдержит. Пойду-ка я к нему…

Рейстлин покачал укрытой капюшоном головой и отстранил протянутую руку брата. Карамон вздохнул и опустил руку. Но далеко отходить не стал, готовый подхватить Рейстлина, если вдруг что.

– Почему он это терпит? – спросил Танис вполголоса.

– Семья… кровные узы, – в голосе Стурма прозвучала тоска. Казалось, он хотел сказать что-то еще, но посмотрел в лицо Таниса – лицо эльфа, обросшее человеческой бородой, – и промолчал. Танис заметил его взгляд и понял, о чем думал рыцарь. Семья, кровные узы – что мог понимать в этом сирота-полуэльф?

– Прибавь шагу, – сказал Танис. – Мы отстаем.

Скоро они вышли из-под сени утехинских валлинов и оказались в сосновом лесу, окружавшем озеро Кристалмир. Танис расслышал невнятные крики, раздававшиеся далеко позади.

– Нашли трупы, – предположил он.

Стурм угрюмо кивнул, и тут прямо под носом у полуэльфа из темноты возник Тассельхоф.

– Тропа выходит к озеру примерно через милю, – сказал Тас. – Там я с вами встречусь. – Он довольно неопределенно указал рукой, где именно, и испарился прежде, чем Танис успел произнести хоть слово. Полуэльф снова посмотрел назад, туда, где осталась Утеха, Там вспыхивало все больше огоньков – и огоньки эти двигались следом за ними. И дороги, скорее всего, были уже перекрыты.

– Где кендер? – проворчал Флинт, шагая через лес.

Танис ответил:

– Тас обещал ждать нас у озера.

– У озера? – Глаза Флинта встревоженно округлились. – У какого еще озера?

– В этих местах озеро только одно. Флинт, – сказал Танис, чувствуя на себе взгляд Стурма и силясь сдержать улыбку. – Давай, давай. Надо идти.

Эльфийским зрением он угадывал крупный красный силуэт Карамона и узкий – его брата, исчезавшие в чаще. Флинт обогнал Стурма и пожаловался Танису:

– Я-то думал, мы просто отсидимся в лесу…

– Нам придется переправляться на лодке, – шагая вперед, сказал Танис.

– Еще чего! – зарычал Флинт. – Чтобы я… да ни за какие коврижки!

– Но ведь тот случай был целых десять лет назад! – с отчаянием проговорил полуэльф. – Слушай, я обещаю, что наставлю Карамона сидеть смирно…

– Ни под каким видом, – отрезал гном. – Никаких лодок. Я дал обет.

– Танис! – прошептал сзади Стурм. – Еще огни!

– Проклятье! – Остановившись, полуэльф оглянулся назад и мгновением позже действительно разглядел огни, мелькавшие между деревьями. Погоня вышла за пределы Утехи. Поспешив вперед, он поравнялся с Карамоном, Рейстлином и жителями Равнин.

– Огни! – сообщил он им громким шепотом. Карамон обернулся и выругался. Речной Ветер просто поднял руку – дескать, понял. – Карамон – сказал Танис. – Боюсь, нам надо бы побыстрей…

– Успеем, – невозмутимо ответствовал великан. Он почти нес брата, обхватив могучей рукой его хилое тело. Рейстлин кашлял почти беспрерывно, но все-таки шел. Стурм нагнал Таниса. Продираясь через кусты, они слышали позади рассерженное бормотание Флинта.

– Его не уговоришь, Танис, – сказал Стурм. – Он смертельно боится воды и лодок с того самого дня, когда Карамон едва не утопил его по недосмотру. Ты не был там и не видел, каков он был, когда мы его вытащили…

– Никуда он не денется, – отдуваясь, отвечал Танис. – Разве он отпустит нас, юнцов, одних на такое опасное дело?

Стурм покачал головой, не разделяя его уверенности.

Танис вновь оглянулся. Огней не было видно – но это вовсе не значило, что они оторвались от погони, – просто лес был слишком густым. Это верно. Младший Командир Тоэд великим разумом не блистал, но для безошибочной догадки о том, что беглецы устремятся к воде, особых извилин и не требовалось… Танис едва не налетел на чью-то спину и остановился.

– Что там? – спросил он шепотом.

– Пришли, – ответил Карамон, и Танис вздохнул с облегчением, разглядев впереди черную ширь озера Кристалмир. Смутно белели пенные гребешки волн.

– Где Тас? – проговорил он вполголоса.

– Вон он, по-моему, – Карамон вытянул руку, указывая на что-то темное, двигавшееся вдоль берега. Танис не без труда различил красную ауру кендера, сидевшего в большой лодке.

В иссиня-черном небе горели льдистые звезды. Красная луна – Лунитари – вырастала из воды, точно окровавленный ноготь. Ее попутчица в небе, белая луна Солинари, уже поднялась и проливала, на волны озера расплавленное серебро.

– Отличными мишенями будем, – сказал Стурм раздраженно. – Просто великолепными.

Танис видел, как Тассельхоф вертелся туда и сюда, выглядывая друзей. Полуэльф нагнулся, ощупью разыскивая камень. Нашел и, размахнувшись, запустил им в озеро. Камень шлепнулся в нескольких ярдах впереди лодки. Тас понял сигнал и погнал лодку к берегу.

– Ты что, хочешь всех в нее запихать? – с ужасом спросил Флинт. – Ты спятил, полуэльф!

– Она большая, – сказал Танис.

– Как хочешь, но я в нее не сяду, – заявил гном. – Нипочем не сяду, пусть бы даже это был легендарный белокрылый корабль прямиком из Тарсиса. По мне, лучше уж встретиться с Теократом.

Танис отвернулся от разъяренного гнома и махнул рукой Стурму:

– Проследи, чтобы все сели… мы сейчас.

– Поторопись, – предостерег Стурм. – Слышишь?

– Я еще не оглох, – мрачно сказал Танис. – Давай.

– Что там за звуки? – спросила подошедшего рыцаря Золотая Луна.

– Это перекликаются сыскные отряды гоблинов, – ответил Стурм. – Они идут за нами через лес и свистят друг другу, чтобы не потеряться.

Золотая Луна понимающе кивнула. Потом сказала Речному Ветру несколько слов на своем языке, видимо, продолжая разговор, прерванный появлением Стурма. Высокий варвар нахмурился и жестом указал в сторону леса.

Стурм понял, что он предлагал ей отделиться от них. Быть может, он очень хорошо знал лес и был способен скрыться в нем от гоблинов на несколько дней? Стурм в этом сомневался.

– Гве-лендо, Речной Ветер! – резко сказала Золотая Луна.

Стурм видел, как помрачнел рассерженный варвар, но тем не менее повернулся и молча пошел к лодке. Золотая Луна вздохнула и проводила его опечаленным взглядом.

– Могу ли я чем-нибудь помочь, госпожа? – мягко спросил Стурм.

– Нет, – сказала она. И добавила грустно, как бы про себя: – Он владеет моим сердцем, но сам он – мой подданный. Когда-то, в юности, мы надеялись, что сможем об этом забыть… Увы, меня слишком долго называли Дочерью Вождя…

– Почему он не доверяет нам? – спросил Стурм.

– Ему свойственны все предрассудки нашего племени, – ответила Золотая Луна. – Жители Равнин не привыкли доверять нелюдям. Между тем Танис – эльф, хотя и бородатый. Да тут еще и гном с кендером…

– А ты, госпожа? – спросил Стурм. – Почему ты сочла возможным довериться нам? Разве тебе не чужды те же самые предрассудки?

Золотая Луна повернулась к нему, глаза ее были так же темны и блестящи, как озеро за спиной.

– Наш народ с детства называл меня принцессой, – услышал он ее низкий, звучный голос. – Меня почитали словно Богиню. Я и сама верила… мне это нравилось. По потом… потом случилось так, что…

Она умолкла. Воспоминания затуманили ее взгляд.

– Что же случилось? – тихо спросил Стурм.

– Я полюбила пастуха, – ответила она так же тихо, глядя на Речного Ветра. Вздохнула и направилась к лодке.

Стурм видел, как Речной Ветер вошел в воду, подтягивая суденышко к берегу. У края набегающих волн уже стояли Рейстлин и Карамон. Маг трясся всем телом, кутаясь в свои одеяния.

– Мне нельзя мочить ноги, – прошептал он хрипло. Карамон не ответил. Его могучие руки подхватили брата, точно дитя, и опустили его в лодку. Маг съежился на корме, не произнеся ни слова благодарности.

– Залезай, – сказал Карамон Речному Ветру. – Я подержу.

Тот помедлил мгновение, потом проворно перелез через борт. Карамон подсадил в лодку Золотую Луну. Лодка слегка качнулась, и Речной Ветер тотчас подхватил женщину. Варвары тоже устроились на корме, позади Тассельхофа. Карамон обернулся к подошедшему Стурму:

– Ну что они там?..

– Флинт говорит: мол, чем в лодку, лучше уж сгореть. По крайней мере тогда он умрет в тепле, а не в сырости и холоде.

– Пойду, пожалуй, да приволоку его под мышкой, – сказал Карамон.

– Только сделаешь хуже. Ведь это ты его едва не утопил, помнишь? Нет уж, пусть Танис с ним разбирается. Он у нас дипломат.

Карамон кивнул. Двое мужчин молча стояли, ожидая, чем кончится дело. Стурм видел молящий взгляд Золотой Луны, обращенный на спутника, но Речной Ветер словно бы и не замечал. Тассельхоф, ерзая на банке, хотел о чем-то спросить, но суровый взгляд рыцаря вмиг заставил его умолкнуть. Рейстлин скорчился в три погибели, силясь унять раздирающий кашель.

– Пойду к ним, – сказал наконец Стурм. – Слышишь? Свист все ближе. Нам нельзя больше терять время! – Но тут же увидел, как Танис пожал руку гному и бегом бросился к лодке – один. Флинт остался стоять где стоял, на краю леса, и Стурм покачал головой: – Говорил же я Танису, что гном не пойдет…

– Правду говорит пословица: «Упрям, точно гном», – проворчал Карамон. – А этот все свои сто сорок восемь лет только и делал, что становился упрямей! – Великан невесело покачал головой. – Мы все будем скучать без него, это уж точно. Сколько раз он спасал мне жизнь! Может, все-таки притащить его, а? Скажем, стукнуть легонько по челюсти, он и знать не будет, в лодке он или дома в постели…

Танис подбежал к ним, задыхаясь, последние слова Карамона не минули его ушей.

– Нет, – сказал он. – Флинт никогда бы нам этого не простил. Не беспокойся за него: он уйдет обратно в холмы. Лезь в лодку. Вон сколько огней, и все спешат сюда! Мы так наследили в лесу, что даже слепой овражный гном…

– Незачем всем мокнуть, – крепко держа борт лодки, сказал Карамон. – Вы со Стурмом полезайте, а я оттолкну.

Стурм забрался в лодку, Танис благодарно хлопнул Карамона по спине и последовал за рыцарем. Богатырь столкнул лодку, с прибрежной мели. Он был уже по колено в воде, когда с берега послышался вопль:

– Погодите!.. – Это был Флинт. Он во весь дух бежал к ним со стороны леса – смутное черное пятно на фоне берега, залитого лунным серебром. – Погодите!.. Я с вами!..

– Карамон! – крикнул Танис. – Надо подождать Флинта!

– Смотрите! – Стурм приподнялся, указывая рукой. Между деревьями замелькали огни – дымные факелы, и несли их гоблины.

Танис заорал во все горло:

– Гоблины, Флинт!.. Сзади! Беги!..

Гном, не оглядываясь, пригнулся и что было сил припустил к берегу, придерживая одной рукой шлем, чтобы не потерять.

– Я прикрою его, – сказал Танис и снял с плеча лук. Он был единственным, кто обладал эльфийским зрением и мог различить гоблинов в темноте. Карамон надежно удерживал лодку, Танис встал на ноги, натягивая лук, и, различив силуэт вожака гоблинов, спустил тетиву. Стрела попала гоблину в грудь, и тот свалился лицом вниз. Другие преследователи сбавили шаг и тоже потянулись за луками. Танис схватил из колчана вторую стрелу, и в это время Флинт достиг берега.

– Подождите меня, я с вами! – пропыхтел гном и, ринувшись в воду, камнем пошел на дно.

– Лови его! – закричал Стурм. – Греби назад, Тас! Вон он! Вон пузыри!..

Карамон с плеском шарил в воде, разыскивая гнома. Тас попытался грести, но маленькому кендеру не под силу было сдвинуть лодку с людьми. Танис выстрелил еще раз, промахнулся и полез в колчан за новой стрелой. Гоблины приближались, спеша вниз по склону холма.

– Нашел! – радостно объявил Карамон, за шиворот извлекая из воды насквозь мокрого брыкающегося гнома. – Да тихо ты! – попытался он урезонить Флинта, неистово размахивавшего руками. Бесполезно: от ужаса Флинт мало что соображал. Гоблинская стрела попала в Карамона, застряла в кольчуге и осталась торчать, похожая на облезлое перо. – Тьфу! – ругнулся воитель и, взмахнув мускулистой рукой, перебросил гнома в уходящую лодку. Флинт нащупал банку и мертвой хваткой вцепился в нее. Нижняя половина тела свешивалась через борт. Лодка опасно накренилась, но Стурм схватил гнома за поясной ремень и втащил вовнутрь. Танис едва не потерял равновесие и, выронив лук, схватился за борт, чтобы не вывалиться в воду. Гоблинская стрела тут же ударила в борт, чуть не пригвоздив его руку.

– Тас! – крикнул полуэльф. – Греби назад, надо забрать Карамона!..

– Не могу! – отчаянно сражаясь с веслами, ответил кендер. И тут же неуклюжий гребок едва не отправил Стурма за борт. Не тратя зря времени, рыцарь стащил Таса с его места, перехватил весла и быстро развернул лодку, подгоняя ее к Карамону. Танис помог воину взобраться через борт.

– Вперед!.. – крикнул он Стурму. Рыцарь налег на весла что было мочи, с силой откидываясь на банке. Лодка так и полетела прочь от берега, сопровождаемая завываниями раздосадованных гоблинов. Мокрый Карамон свалился на дно лодки рядом с Танисом, и тут же над головами свистнуло сразу несколько стрел.

– Мы для них – живые мишени, – проворчал Карамон, выпутывая стрелу из кольчуги. – Нас отлично видно на воде.

Танис, разыскивавший оброненный лук, увидел, как приподнялся Рейстлин.

– Нагнись! – посоветовал он магу, а Карамон потянулся к брату рукой. Но Рейстлин только оскалил на них зубы и запустил пальцы в кошель, висевший у пояса. Стрела ударила в банку совсем рядом с ним, но маг даже не вздрогнул. Танис хотел было силой заставить его пригнуться, но вовремя сообразил, что Рейстлин погрузился в предельное сосредоточение, необходимое для произнесения заклинания. Потревожить мага в этот момент значило вызвать непредсказуемые последствия. Рейстлин мог забыть волшебные слова или, что гораздо страшнее, произнести их неправильно.

Танис стиснул зубы: ему осталось лишь наблюдать. Вот Рейстлин поднял тонкую, костлявую руку, и то, что он вынул из кошеля, медленно посыпалось между пальцами на дно лодки. Танис увидел, что это был песок.

– Аст тасарк синуралан кринави… – пробормотал Рейстлин, а затем медленно провел рукой, словно отгораживаясь от берега. Танис посмотрел на преследователей. Один за другим гоблины роняли луки и валились наземь, как если бы Рейстлин касался каждого по очереди. Дождь стрел прекратился. Гоблины, находившиеся дальше от берега, с яростным воем устремились вперед. Но к тому времени усилия Стурма далеко отогнали лодку от берега, и их стрелы уже не могли причинить вреда беглецам.

– Отличная работа, братишка! – с чувством проговорил Карамон. Рейстлин заморгал, словно возвращаясь из другого мира, и вдруг бессильно обмяк. Карамон подхватил его и обнял, прижимая к себе. Спустя некоторое время Рейстлин зашевелился и глубоко вздохнул, но тут же мучительно закашлялся.

– Все в порядке, – прошептал он, высвобождаясь из рук Карамона.

– Что ты с ними сделал? – спросил Танис, выдергивая вражеские стрелы и выбрасывая их за борт: гоблины нередко пользовались ядом.

– Усыпил, – прошипел Рейстлин, стуча зубами от холода. – Я должен отдохнуть… – Съежился и затих, привалившись к борту.

Танис внимательно посмотрел на мага. Ничего не скажешь, у Рейстлина действительно прибавилось и умения, и силы. Вот если бы можно было еще и полностью доверять ему…

Лодка шла через озеро, отражавшее свет звезд. Слышен был только равномерный плеск весел да сухой, изматывающий кашель Рейстлина. Тассельхоф откупорил бурдючок с вином, который Флинт, несмотря ни на что, все-таки ухитрился не потерять. Теперь Тас пытался заставить озябшего, трясущегося гнома отпить хоть немного. Тщетно: Флинт, скрючившийся на дне лодки, неподвижным взором смотрел на волны и содрогался всем телом.

Золотая Луна зябко куталась в меховой плащ. По обычаю своего племени, она была одета в штаны из тонкой оленьей замши, юбочку с бахромой, куртку, подпоясанную ремнем, и мягкие кожаные сапоги. Когда Карамон бросил Флинта в лодку, ее окатило водой: мокрая замша прилипла к телу. Золотая Луна озябла и стала дрожать.

– Возьми мой плащ, – сказал Речной Ветер и начал стаскивать с плеч тяжелую медвежью шкуру.

– Не надо, – Золотая Луна отрицательно мотнула головой. – Ты только что перенес жестокую лихорадку, а я… ты же знаешь, что я никогда не болею. Но если ты, воин, обнимешь меня… – тут она подняла глаза и улыбнулась ему, -…то нам обоим станет теплее.

Речной Ветер притянул ее к себе и шепотом поддразнил:

– Это твой царский приказ, Дочь Вождя?

– Конечно. – Золотая Луна прижалась к его широкой груди и счастливо вздохнула. Посмотрела в звездное небо… и застыла, задохнувшись от волнения.

Дата добавления: 2015-09-29; просмотров: 3 | Нарушение авторских прав

  • ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ МЕТОДОВ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ КОРРЕКЦИИ ДЕТЕЙ С ПРОБЛЕМАМИ В РАЗВИТИИ
  • Ограничения и особенности переноса некоторых видов убытка
  • Сабспейс
  • Общие сведения. Возраст. Шизофрения - болезнь молодых
  • сентября 1932 г. 83 страница
  • Расчет балки по прочности наклонного сечения у опоры
  • L17.Ford L1J инжектор 1.6 zetec mondeo
  • УКОРЕНЕНИЕ МИСТИЦИЗМА В ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ СТРУКТУРЕ ПОДРОСТКОВ
  • ГЛАВА 35.
  • Нет правильного ответа. Определение того, какие товары (работы, услуги) наиболее конкурентоспособны
  • Хозяйственной деятельности деревообрабатывающего производства.
  • Choose a Career in Design
  • ЭМБРИОЛОГИЯ ЧЕЛОВЕКА.
  • II. PRACTICAL ASSIGNMENT
  • 1 Сущность диагностирования АТС
  • СУТЬ РУССКОЙ ИДЕИ
  • Нейроэндокринные механизмы формирования перинатальных матриц
  • Дарья Андреевна Кузнецова 15 страница
  • Выбранный продукт(ы )MONIN:
  • Статья 44. Условно-досрочное освобождение от наказания и замена наказания более мягким