Глава 11. Защита

«Поттер,

Надеюсь, вы не забыли о своем обещании?

С.С.».

«Сэр,

Не беспокойтесь, все будет в лучшем виде. Надеюсь.

Г.П.».

* * *

Северус Снейп сидел за преподавательским столом в Большом зале и хмуро поглядывал в сторону слизеринцев. Впрочем, те, кто хорошо знал профессора, поняли бы, что тот волнуется. Только директор был погружен в собственные раздумья, поэтому не обращал внимания ни на кого, — даже шум и гам не мог отвлечь его от тяжких раздумий. Гарри Поттер же был слишком взволнован тем, что ему предстояло сейчас осуществить, поэтому лишь нервно ерзал и оглядывался по сторонам. Была еще одна персона, которая неплохо изучила нрав профессора Зелий, да только и она сейчас была напряжена и в который раз прочитывала утренний выпуск «Ежедневного Пророка». Собственно, именно он был причиной неимоверного шума среди студентов. Две статьи заслуживали особенного внимания: о нападении Пожирателей Смерти на магический квартал где-то в Ирландии и очередное интервью с Люциусом Малфоем. В нем говорилось о повышении лорда в связи с тем, что благодаря своевременно предоставленной им информации, нападение было сорвано и убитых не было. Казалось, что эти две статьи стали последней каплей, которая должна была превратить вражду факультетов в травлю слизеринцев. И одного конкретного их представителя, появления которого, казалось, ждал весь зал.

«Да где же Драко носит? Неужели мои змееныши успели уже ему навредить?» — Северус в который раз взглянул на двери, ведущие в Большой зал — никого. «О чем, черт подери, думал Люциус, публикуя такие сведения?!». Посмотрев на Поттера, профессор лишь устало вздохнул: тот был слишком доволен, когда читал статьи и обозревал реакцию учеников. Сразу же вспомнилось, как в последний вечер перед началом учебного года Блэк, Люц и этот неугомонный мальчишка о чем-то шептались. У Северуса было слишком много бумажной работы, поэтому присоединиться к обсуждению он не мог. Только вот возглас Люциуса запомнил: «Я на это не подпишусь! Это слишком опасно. Кто знает…» — далее последовали успокаивающие слова Бродяги и увещевания Поттера. Интуиция подсказывала Снейпу, что речь тогда шла именно об этой афере. И тот факт, что ее придумал Блэк, настораживал. «Хотя, Поттер уже не тот доверчивый идиот, готовый следовать за крестным даже на плаху».

Взгляд скользнул дальше по гриффиндорскому столу. «Да и Грейнджер выглядит спокойной и не удивленной, пусть и ужасно напряженной. Значит, знает задумку Поттера, и считает её выполнимой». Как бы Северусу не хотелось этого признавать, но «мисс Всезнайка» была самой здравомыслящей в Золотом Трио. Поэтому, если не отговорила Гарри, то подкорректировала план действий так, чтобы он был исполнимым. К тому же, после примирения с мальчишкой, Мастер Зелий принял то, что мисс Грейнджер действительно была умна, пусть и ужасно назойлива.

Размышления профессора были прерваны гробовой тишиной, внезапно повисшей в зале — появился Драко Малфой.

— Эй, Хорек! Мы-то думали, что твои слизни тебя уже утопили за предательство папаши!

— Хорошо быть сынком папаши-предатели? Пусть и предателя Пожирателей Смерти!



Раздался громкий смех со стороны трех столов. Лишь на стороне слизеринцев царила зловещая тишина, враждебные взгляды были устремлены на платинового блондина. Тот нервно сглотнул, но высоко поднял голову и пошел ко своему месту.

— Что, язык проглотил, изгой гадюшника?

— Лучше уж быть изгоем, чем пустым местом, Финниган.

— Что?! Да как ты!.. Стой! — гриффиндорец с бешенством наблюдал, как Малфой подходит к своему столу. Предупреждающего взгляда Гарри он не заметил.

— Финниган, что за нездоровое внимание к моей персоне? Извини, ты не в моем вкусе.

— Тварь! Furnunculus!

* * *

Проснулся он рано, чему совершенно не удивился — спать долго, когда нервы на пределе, было невозможно. Юноша резко открыл глаза и сел, хватаясь за волшебную палочку. Лишь проверив помещение и себя на отсутствие инородных заклинаний, судорожно и облегченно выдохнул. Он только что вспомнил, что забыл сменить пароль в свою комнату. Слишком беспечно с его стороны. Поэтому, первым делом он изменил старый пароль на новый, и лишь потом пошел приводить себя в порядок.

Некоторое время он вновь размышлял, идти ли ему в первых рядах на завтрак или последним. На этот раз он выбрал второй вариант. Справедливо рассудив, что в присутствии директора никто не осмелится на него нападать. То, что он ошибся, Драко понял слишком поздно.

Ему и так показалась странной атмосфера в Большом зале, когда он зашел — слишком напряженная. Еще вчера не было ничего подобного. Впрочем, Малфой ожидал, что из-за поведения отца он будет в центре внимания. Только надеялся, что взгляды будут любопытными, а не враждебными.

«Мерлин, что же изменилось всего за одну ночь?». Драко с ужасом понял, что его ноги подкашиваются из-за обилия той злобы, которая была направлена на него. Ему стало страшно. Только сейчас он реально осознал, что во всей школе за него заступится только Снейп, если что-то случится. Да и то не факт, ведь крестный зависит от Дамблдора. Сейчас Малфой отчаянно жалел, что не подпускал Блейза и Панси слишком близко, играя роль ледяного лорда. Ведь если бы он обзавелся их дружбой, а не подчинением, то сейчас они были бы на его стороне. Как Уизел и грязнокровка всегда были надежной опорой Золотого Мальчика.

Ему стоило неимоверных усилий, чтобы не взглянуть на Поттера в этот момент. Потому что знал: если их взгляды встретятся, то он опять ляпнет что-нибудь глупое, начнется ссора, а потом Поттер натравит на него весь Хогвартс. И тогда даже Дамблдор едва ли сможет что-то сделать. Поэтому Драко молча сносил оскорбительные реплики в свой адрес, шагая к своему месту за столом. Поэтому он не смотрел на Финнигана, который сидел слишком близко к лидеру львиного факультета. Малфой не учел одного: не все в Гриффиндоре столь благородны, как Поттер. Поэтому, когда в него полетело проклятье, юноша мог только с ужасом наблюдать за оранжевым лучом, который приближался к нему.

Драко уже был готов к позору перед всей школой, как внезапно мощное «Protego» отразило заклинание. Малфой с изумлением наблюдал за Гарри Поттером, который только что защитил его, да еще и зол был, как тысяча гриндиллоу. «Что? Как?». Юноша не смог удержать маску на лице и теперь с растерянным видом взирал на своего школьного врага, совершенно ничего не понимая.

* * *

«Все идет, как и задумано. Все идет, как и задумано», — именно этим успокаивал себя Гарри Поттер, чувствуя, как накапливается напряжение в Большом зале. На самом деле он опасался, что все выйдет из-под контроля. Конечно, они с Сириусом и Люциусом тщательно разработали план, а Гермиона внесла коррективы, но никто из них не ожидал, что реакция на статьи будет столь бурной. Слишком много злобы, слишком много раздражения, страха и недоумения. От всех этих эмоций моментально разболелась голова. Если бы была возможность, Гарри бы убежал отсюда далеко-далеко. Сдерживать блок становилось все труднее, но ему необходимо было быть здесь, когда появится Малфой, чтобы его защитить.

Сначала все шло, как они и предполагали: недовольство, язвительные реплики. Однако когда имеешь дело с гриффиндорцами, все расчеты летят к чертям. От кого-кого, а от Симуса Гарри подобной подлости не ожидал: ударить в спину. Это надо же! Да еще и на глазах у преподавателей.

— Protego! — собственная ярость, злоба окружающих — все внезапно смешалось в один единый коктейль. Все-таки Гарри не умел себя контролировать так, как это делал Снейп.

— Expelliarmus! — заклинание оказалось столь мощным, что Симуса откинуло назад на несколько метров. Дыхание сбилось, а глаза заливала пелена гнева. Гриффиндорцы искали выход для своих эмоций.

— Какого черта, Гарри?!

— Это я должен спросить «какого черта?!», Финниган, — Поттер едва сдерживал себя, чтобы не закричать во весь голос. Благодаря этому эффект получился устрашающим — Симус и добрая половина учеников вздрогнули, услышав ледяной тон. Даже Малфой, кажется, был впечатлен. Снейп лишь хмыкнул, глядя на эту реакцию, он уже видел Поттера в ярости. — Ты в своем уме? Нападать на безоружного со спины! Где же хваленое гриффиндорское благородство, а?

— Да какое тебе дело до этого недоделанного Пожирателя Смерти? — Финнигана, как и всякого представителя своего факультета, так просто испугать было нельзя.

— Пожирателя, говоришь? — медленно протянул Гарри, недобро сощурившись и делая шаг вперед. Его оппонент невольно отступил. Зал замер, затаив дыхание. — А ты хоть одного встречал, мой милый друг?

Финниган отрицательно затряс головой.

— Нет? — еще один шаг вперед. Всем своим видом Поттер показывал превосходство и одновременно презрение к своему однокурснику. — Так позволь тебя просветить: если бы Малфой был реальным Пожирателем Смерти, то ты бы уже давно был мертв.

На секунду Гарри замер, потом расслабился и пожал плечами:

— Ну, или корчился бы в ужасных муках.

Что-то было в его голосе и этой небрежной позе, что говорило: «это правда».

— Так что не смей называть невиновных этим ужасным прозвищем. Никогда, — за секунду Поттер весь подобрался и отчеканил каждое слово, словно отдавал приказ. Северус с удивлением наблюдал за этим представлением. Он-то думал, что хорошо изучил мальчишку, но никогда раньше не видел его столь властным и излучающим силу. Взглянув на Дамблдора, Снейп увидел, что директор тоже смотрит на Гарри с удивлением. Было ясно, что только болван попрет против разъяренного Поттера. Увы, Финниган был одним из них.

— И что? Теперь ты будешь защищать Хорька? — парень умудрился даже издевательские нотки издать. Это притом, что его голос дрожал.

— Буду, — казалось, этот вопрос успокоил Гарри. Юноша выпрямился и скрестил руки на груди, в упор смотря на однокурсника.

— Да ну?! И как же ты это будешь делать? — Хаффлпаф никогда не отличался умниками. Хотя, наглецу хватило ума не показываться на глаза Поттеру.

— Молча. Если понадобится — ото всех факультетов. Только, — тут Гарри усмехнулся и обвел мрачным взглядом всех учащихся, — не советую проверять, чем это все закончится.

В зале повисла гробовая тишина. Почему-то никто не сомневался, что наказание за провинность не будет мягким. Потому что столь темного взгляда у Надежды магического мира еще никто не видел.

Тишина помогла привести в порядок мысли Драко. Он наблюдал за всей перепалкой молча, а когда Золотой Мальчик в открытую заявил, что будет защищать его, слизеринца внезапно охватили злость и обида. Опять все решали за него и без него! Поттер считал, что он, Драко Люциус Малфой, не способен позаботиться сам о себе. Да, ему было страшно. Да, он остался один. Но аристократ никогда не опустится до того, чтобы принимать подачки от Святого Гриффиндорца.

— Что, Поттер, опять решил поиграть в героя? Увидел, что у бедного слизеринца проблемы и тут же ринулся спасать, не спросив нужно ли это спасаемому, — краем глаза Драко заметил, как покраснел от злости Уизел. Однако на удивление, тот не проронил ни слова. Лишь уставился ненавидящим взглядом на него.

Гарри повернулся к Малфою, глядя на него мутными глазами. Хотя он выпустил пар, а яркие эмоции в зале улеглись, но его щиты ослабли, и непрерывный поток эмоций грозил затопить все его существо. Юноша даже не слышал, что там вещал слизеринец, а это было необходимо. Пришлось собрать волю в кулак и прислушаться.

— Святой Поттер предложил дружбу, какая честь! Неужели ты ожидаешь, что я тут же упаду к твоим ногам и буду лобзать твои ботинки в знак благодарности? — теперь блондин был образцом гордости и надменности. Только он сам да Снейп знали, как много сил уходило на то, чтобы держать себя в руках и не сбежать куда-нибудь. Драко понимал, что сам роет себе могилу, но не мог замарать честь рода. — Так вот, Поттер, прими к сведению: Малфои со всеми проблемами справляются сами. Мне не нужна твоя дружба и помощь.

— Вот-вот, — Драко все-таки вздрогнул, когда за спиной услышал бас Винса.

— Он не один, Поттер, так что нет нужды корчить из себя героя, — голос Паркинсон был полон презрения, а Гарри просто не мог не улыбнуться, чувствуя, что девушка готова глотку любому перегрызть за своего друга. А вот удивление Драко неприятно кольнуло сердце. Оказалось, что змееныш поражен поведением своих друзей.

— У него есть друзья, и в новых он не нуждается, — ладонь Блейза легла на плечо Драко. Тот почувствовал, что где-то глубоко внутри разливается тепло.

— Да, — хмуро подтвердил Грег.

Гарри смотрел на этот квартет и не знал, плакать ему или смеяться. С одной стороны, наличие у Малфоя настоящих друзей весьма облегчало задачу по его защите. С другой же стороны, все эти слизеринцы явно были настроены против него. Вздохнув, Гарри медленно просканировал эмоции всех четверых. Блондин был в растерянности, Паркинсон — зла, Грег и Винс — уверены в своих лидерах. Только Забини был спокоен и проявлял любопытство ко всей ситуации в целом.

— Забини, — смуглый брюнет вздрогнул, удивленно взглянув на Поттера, — обращаюсь к тебе, как к самому здравомыслящему на данный момент из всех вас.

Блейз вопросительно вскинул брови, показывая, что слушает. Одновременно он чуть сжал плечо Драко, успокаивая того.

— Никто не говорил о дружбе, — Гарри проигнорировал искорку разочарования, вспыхнувшую в груди Малфоя. — Я предлагаю даже не сотрудничество, а перемирие. Вы сидите тихо, никого не доводите до белого каления и не трогаете нас. Мы, в свою очередь, не трогаем вас. Более того, я защищаю вас от всех возможных агрессоров.

На сей раз удивлена была даже Гермиона. Не тем, что предложил Гарри, а как он это предложил. Северус едва смог сдержать довольную усмешку — они с Люциусом потратили не один час, чтобы научить Поттера связно и ладно говорить.

Малфой явно собирался сказать что-то, несомненно, гордое и язвительное, когда его опередила Панси, которая теперь тоже заинтересовалась происходящим.

— Поттер, понятно, что мы только выиграем от прекращения межфакультетской вражды, а тебе-то какой резон помогать нам?

Гарри тяжело вздохнул и потер виски. Концентрироваться становилось все сложнее, а разговор должен был быть поддержан. Внезапно он почувствовал, как теплая ладошка уперлась ему в спину, словно давая опору.

— Ты и сама это знаешь, Паркинсон. Идет война, а мы все на одной стороне. Мы должны держаться вместе, а вражда факультетов мешает сближению. Уверен, среди слизеринцев есть много тех, кто не желает служить сумасшедшему Лорду. Только вот сказать они этого не могут — никто их слушать не будет, ведь остальные факультеты априори считают вас будущими Пожирателями. Если мы наладим контакт, то будет шанс, что кто-то избежит участи своих отцов.

— И ты предлагаешь нам дружить с грязнокровками? — донеслось со стороны слизеринского стола. Гермиона вздрогнула, но никак не отреагировала. Вернее, довольно кивнула.

— Значит, вы признаете, что не так уж стремитесь стать Пожирателями. Нет, мы не предлагаем дружбу, а лишь нейтралитет. Пусть каждый живет по своим законам, не навязывая их другим.

Вновь в зале повисла тишина. Все задумались над словами самой лучшей ученицы Хогвартса. Даже преподаватели. Гарри благодарно кивнул подруге, та посмотрела на него с беспокойством — юноша выглядел слишком бледным. Казалось, что он вот-вот упадет в обморок. Хотя, держался он молодцом, поэтому немногие могли заметить, что ему сейчас плохо.

— Допустим, она права. Но почему сейчас? Ведь Поттер знал об опасности еще в прошлом году, но не пытался унять вражду факультетов. Что изменилось? — Драко, наконец-то, подал голос. Он уже понял, что ему не избежать этого нелепого соглашения. Ведь Панси и Блейз явно заинтересовались, значит, все равно скоро убедили бы его принять предложение Поттера.

— Во-первых, в прошлом году я считался психом, если ты не забыл, Малфой, — едкий тон заставил многих виновато потупить взгляд. Впрочем, обреченный и полный горечи голос ударил в самое сердце сильнее всякого чувства вины. — А во-вторых, у меня на глазах Лейстридж убила моего крестного. Я окончательно понял, что началась война. Детство закончилось. Нужно что-то менять, если я хочу защитить тех, кто мне дорог.

— Но я-то не вхожу в число друзей Золотого Мальчика? — любопытство Малфоя сразу погасло, когда он увидел на губах гриффиндорца жесткую усмешку, которая так не вписывалась в образ Святого Поттера.

— Люциус Малфой — слишком важный союзник, чтобы потерять его из-за глупых детских обид, — подавшись вперед, Гарри прошептал это так тихо, чтоб его услышали лишь Малфой и Забини. Отодвинувшись, сказал уже громче. — Мы теперь на одной стороне. Надеюсь, что ты — взрослый и разумный человек, и поймешь, что лучше для тебя. Если нет, то возьми пример с отца или крестного.

Драко удивленно хлопал ресницами. Этот Гарри Поттер не был ему знаком. Ведь он был расчетлив и считал Северуса Снейпа примером для подражания. Только времени для раздумий не было. Все ждали его решения. Малфой неуверенно протянул руку.

— Перемирие?

— Нейтралитет, — жестко поправил его Поттер и пожал руку. Потом повернулся ко всем ученикам. — Никаких нападений, драк, проклятий, шуток над представителями других факультетов. Словесные перепалки не запрещаются — все-таки вы враждовали столько лет. Однако, как только я узнаю, что вы перешли к действиям, — а я узнаю — пеняйте на себя.

Практически до всех дошло, что Поттер не шутит. Угроза в его голосе была реальна. Только вот не до всех доходит быстро.

— И что ты сделаешь? — Захария Смит явно шел на звание самоубийцы.

— Не забывайте, что моя подруга — лучшая ученица, — послышалось насмешливое фырканье. Гарри лучезарно улыбнулся, — а также многие изобретения близнецов Уизли ждут своих жертв для тестирования.

— Поттер, ты решил скупить их магазин?

— Малфой, мелко мыслишь. У меня доля в их бизнесе, — с этими словами Гарри стремительно вышел из зала, чувствуя, как сознание ускользает в темноту. Очередного всплеска эмоций он просто не пережил бы.

Гермиона хотела броситься следом, но была остановлена — директор решил подать голос. Хлопнув в ладоши, он поднялся. Ученики с любопытством уставились на него, ожидая реакции на прошедшее шоу.

— Дорогие ученики! Рад, что вы разрешили самостоятельно свои разногласия. Полностью поддерживаю идею зарыть топор войны и наладить отношения между факультетами. Со своей стороны замечу, что теперь любые проявления враждебности по отношению к представителям других факультетов будут строго караться. Намного строже, чем раньше. Поэтому, мистер Финниган, минус 20 баллов с Гриффиндора и неделя отработок у мистера Филча. А теперь советую поторопиться — занятия вот-вот начнутся.

Зал тут же взорвался шумом голосов. Никто не заметил, как черная тень незаметно выскользнула из помещения.

Глава опубликована: 25.07.2011

  • МЕХАНИЗМЫ СВОБОДНО-РАДИКАЛЬНОГО НЕКРОБИОЗА
  • Получить свой кусок торта и ради чего?
  • Основные даты жизни и творчества Караваджо
  • Инструкция. Особенности проведения процедуры тестирования.
  • СанПиН 2.1.4.1074-01 15 страница
  • Тесты в психодиагностике: объективные тесты, тест-опросники.
  • Показники роботи біореактора при очищенні води від катаміну асоціацією грамвід’ємних бактерій
  • Речь и социальное поведение
  • Введение. Деловое общение занимает большое место в жизни многих людей
  • Кто-то из пришельцев выключил свет, и тут началось.
  • Возвращение в школу
  • Оргкомитет не несет ответственности за авторские права исполняемых песен.
  • Старшая группа. Культурно-гигиенические навыки
  • Пророцтва щодо Аммона 1-6; Едома 7-22; Дамаску 23-27; арабських племен 28-33; Еламу 34-39
  • "Well, Prince, so Genoa and Lucca are now just family estates of the 106 страница
  • Порядок приема и увольнения работников
  • ВОЗВРАЩЕНИЕ ТЕЛА. возникает давление
  • Стимульный бланк к методике № 1.
  • Товарообмен и реципрокный альтруизм
  • Глава III. Обязанности и ответственность военнослужащих. Производство по материалам о дисциплинарных проступках, совершенных военнослужащими