Августа. Здесь есть тропинка, в стороне от немногочисленных разбросанных шале и фермерских

Здесь есть тропинка, в стороне от немногочисленных разбросанных шале и фермерских домов, которая идёт через луга и мимо заборов из колючей проволоки; там, где она направляется вниз, открывается великолепный вид на горы с их снегами и ледником, на долину и маленький город с множеством магазинов. Отсюда можно увидеть начало потока и тёмные, покрытые соснами холмы – очертания этих холмов на фоне вечернего неба были великолепны, казалось, что они рассказывают об очень многом. Это был приятный вечер; весь день на небе не было ни облачка, и теперь чистота неба и теней поражала, а вечерний свет был восхитителен. Солнце садилось за холмы, и они отбрасывали свои огромные тени на другие холмы и луга. Перейдя ещё одно заросшее травой поле, тропинка круто спускалась вниз и соединялась с большей и более широкой тропой, которая шла лесом. На этой тропе никого не было, тропа была пуста, и в лесу было очень тихо, если не считать потока, шумевшего, казалось, больше, перед тем как успокоиться на ночь. Здесь росли высокие сосны, воздух был напоён каким‑то ароматом. Неожиданно, когда тропка эта повернула в туннель из деревьев, появилось пятно зелени и свежевырубленный участок соснового леса, освещённый солнцем. Он был поразителен в своей интенсивности и радости. Увидел это, и всякое пространство и время исчезли, было только это пятно света и ничего больше. Это не означало превращения в этот свет или отождествления себя с ним; активная деятельность мозга прекратилась, всё существо было с этим светом. Деревья, тропа, шум потока полностью исчезли, как и пятьсот ярдов и более между светом и тем, кто наблюдал. Наблюдающий исчез, и интенсивность этого пятна вечернего света была светом всех миров. Тот свет был всем небом, и тот свет был умом.

Многие отвергают то, что лежит на поверхности и что отвергнуть достаточно просто; есть другие, идущие в своём отрицании дальше, есть те, кто отвергает полностью. Кое‑что отвергнуть сравнительно легко – церковь и её богов, авторитет и власть тех, кто их имеет, политика и его способ действия и прочее. Можно пойти достаточно далеко в отрицании того, что, может быть, имеет значение, отношений, нелепостей общества, концепции красоты, утверждённой критиками и теми, кто говорит, что они знают. Можно отбросить всё это и остаться одному, одному не в смысле изоляции и разочарования, но потому, что увидено значение всего этого и человек отходит в сторону, естественно, без какого‑либо чувства превосходства. С этими вещами покончено, они мертвы – возврата к ним нет. Но дойти до самого конца отрицания – совсем другое дело; сущность отрицания – свобода в одиночестве, в уединённости. Но мало кто заходит настолько далеко, мало кто полностью отбрасывает всякое убежище, всякую формулу, всякую идею, всякий символ и остаётся обнажённым, неопалённым и чистым.

Но как это необходимо – отвергнуть; отвергнуть без усилия, без горьких переживаний, без надежды на знание. Отвергнуть и остаться одному, без завтра, без будущего. Взрыв отрицания – это обнажённость. Остаться одному, без приверженности к какому‑нибудь способу действия, к какому‑нибудь поведению или к какому‑нибудь переживанию необычайно важно, ибо одно лишь это освобождает сознание от пут времени. Всякая форма влияния понята и отвергнута, это не даёт мысли прохода во времени. Отказ от времени – сущность вневременности.



Отвергать знание, опыт, известное – значит приглашать неизвестное. Отрицание – это взрыв; это не интеллектуальное, идеологическое дело, нечто, чем может играть мозг. В самом акте отрицания присутствует энергия, энергия понимания, и это энергия непослушная, её не укротить страхом или удобством. Отрицание разрушительно; оно не осознаёт последствий; отрицание не реакция и потому не является противоположностью утверждению. И утверждать, что что‑то есть или что чего‑то нет, значит продолжать реагировать, но реакция не есть отрицание. В отрицании нет выбора, поэтому оно – не результат конфликта. Выбор – конфликт, а конфликт есть незрелость.

Видение истины как истины, видение ложного как ложного и видение истины в ложном – это акт отрицания. Это действие, а не идея. Полное отрицание мысли, идеи, слова приносит свободу от известного, от знания; с полным отрицанием чувства, эмоции и настроения приходит любовь. Любовь за пределами и выше мысли и чувства.

Полное отрицание известного есть сущность свободы.

При пробуждении, ранним утром, за много часов до восхода, медитация была за пределами откликов мысли; медитация была стрелой в непознаваемое, и мысль не могла следовать за ней. Наступил рассвет, осветив небо, и лишь солнце коснулось высочайших пиков, появилось то беспредельное, чья чистота превыше солнца и гор.

  • Супружеские конфликты и механизмы их возникновения
  • Основные требования к содержанию контрольной работы.
  • ПРЕДЛОЖЕНИЕ, ОТ КОТОРОГО НЕВОЗМОЖНО ОТКАЗАТЬСЯ, 4-Х КАНАЛЬНЫЙ ВИДЕОРЕГИСТРАТОР DIGITAL SECURYTI H.264 ВСЕГО ЗА 60$
  • Ветки отпустили Кузьку.
  • ЯВЛЕНИЕ VIII. Фиеско. Н е и з в е с т н а я маска.
  • Упражнение 1
  • Это человек, не имеющий никакой значимости в коллективе, это всего-навсего индивид. 11 страница
  • A.дифтонгтың алдында тұрса
  • Вагон 6. Дромомания, или Вагабондаж
  • РПТХЮЕОЙС ОБ ЛПОЧЕТФБГЙА гв
  • ИХ ПРИВЕДЕНИЕ В СООТВЕТСТВИЕ С ПОТРЕБИТЕЛЬСКИМ КООПЕРАТИВОМ
  • Озеро Горькое-Соленое
  • Действия в условиях техногенных аварий и катастроф, или Что создаем — от того и страдаем
  • государственного контроля за охраной атмосферного воздуха 1 страница
  • ДЛЯ ДЕТЕЙ С НАРУШЕНИЯМИ РЕЧИ
  • Новые элементы и интерфейсы, необходимые для работы GPRS
  • Бонус 5. Свадьба.
  • ИЗМЕНЕНИЯ ВИТАМИНОВ ПРИ ТЕПЛОВОЙ ОБРАБОТКЕ ПРОДУКТОВ И РЕКОМЕНДАЦИИ ПО ИХ СОХРАНЕНИЮ
  • Ты, которая сейчас глубоко спит.
  • Увещание к монахам. (Из Patr. gr. Migne - t. 79, стр. 1236).